Книга Любовь вне контракта, страница 82 – Tina Blad

Время до семи пролетело слишком быстро. Я едва успела переодеться, поправить волосы и ещё раз взглянуть на себя в зеркало, прежде чем услышать шаги в коридоре. И на этот раз я понимала, что всё же что-то между нами поменялось, и мне это не нравилось. Нам стало сложнее взаимодействовать друг с другом — слова застревали в горле, взгляды становились слишком тяжёлыми. И надеюсь, зелье это исправит. С другой стороны, просить его об этом зелье, когда он и так фактически лишён зверя и только начал с ним налаживать контакт, иметь общие цели — и такой удар в спину. Могу ли я реально просить об этом? С другой стороны — страдает моя... э-э-э... честь? А есть ли она, если у меня фиктивный брак, мы спим в одной постели и все считают, что я с ним сплю? Есть — только другая, моя, собственная. Я сама себя уважать перестану, если сорвусь. Это фикция, фикцией и останется. А через год — уже даже меньше — мы разойдёмся. И пусть только для меня, но я останусь чистой.

Собравшись на свидание, я спустилась вниз, где Ник уже ждал меня. Он стоял у двери, одетый в хороший и весьма красивый костюм тёмного оттенка, который идеально подходил к его глазам — подчёркивал зелень, делал её ещё более глубокой и насыщенной. Но я не позволила себе засматриваться на него. Только подошла и коротко кивнула, стараясь, чтобы лицо оставалось спокойным. Ник точно так же молча подал мне руку, и мы пошли по потемневшим улочкам.

Темнеть стало ещё раньше, а погода сделалась ещё более прохладной. Теперь тёплых деньков почти не было, а мелкий, противный дождик стал неизменным гостем дня. Благо, сейчас нам удалось поймать тот короткий момент, когда он отступил, и мы могли просто пройтись пешком, вдыхая влажный, свежий воздух. Капли дрожали на листьях, отражая свет уличных фонарей, и город казался почти сказочным в этом осеннем полумраке.

Тем для разговоров не было, и мы шли молча, думая каждый о своём. Я не знала, о чём думал мужчина, но было ощущение, что эти думы его тяготили. Может, он как раз размышлял о том, как подействует на него зелье, как отреагирует его зверь на то, что его снова попытаются ослабить. Я тоже думала об этом — о том, правильно ли мы поступаем, о том, не разрушим ли мы что-то, что только начало зарождаться между ними.

Так мы и шли молча. Но мне казалось, что не только я хотела несколько раз заговорить, но и он — однако каждый раз мы оба отступали, оставляя слова невысказанными. Чёрт. Всё же наши отношения испортились, и от этого было горько, будто я потеряла кого-то близкого или словно мы сильно поссорились и до сих пор не помирились. Тишина между нами стала тягучей, почти осязаемой, и я не знала, как её нарушить.

Свидание оказалось не абы где, а в огромном древнем, но на удивление хорошо сохранившемся здании. Фасад его был украшен изящной лепниной, а высокие окна тускло мерцали в вечернем свете. Зайдя внутрь, я осознала, что это не что иное, как самый настоящий театр. Моему восторгу не было предела! Я замерла у входа, разглядывая величественный зал с бархатными креслами, позолоченными балконами и огромной сценой, скрытой за тяжёлым занавесом. В воздухе пахло старым деревом, пылью и чем-то неуловимо волшебным. Я почувствовала, как на губах расплывается улыбка, и впервые за этот вечер с лёгкостью взглянула на Ника — он смотрел на меня с таким теплом, что у меня на миг перехватило дыхание.