Книга Из ЖКХ в маги, страница 60 – Виктория Крафт

Мы с Торвальдом собирались в дорогу.

Я сидела в кузнице и перебирала вещи. Одежда — простая, крепкая, без вышивок. Дорожный плащ на подкладке. Второй, полегче, на смену. Крепкие башмаки на толстой подошве. Тёплые чулки. Нож. Огниво. Соль. Немного еды. Фляга для воды — я погладила её и улыбнулась. Фляга мне, магу воды, была нужна скорее для вида. Но пусть будет.

— Оружие, — сказал Торвальд, подходя сзади. — Ты умеешь пользоваться?

— Ножом умею, — ответила я. — А из магического... — я пожала плечами. — Вода. Мне хватит.

— Вода — это хорошо, — кивнул он. — Но нож надёжнее. Держи.

Он протянул мне нож в кожаных ножнах. Короткий, с удобной рукоятью, лезвие тёмное, без блеска. Я взяла. Тяжёлый, сбалансированный. Лёг в ладонь, как будто всегда там был.

— Спасибо, — сказала я.

— Не за что. Гуннар его делал. Сказал — на всякий случай.

Я сжала рукоять. Гуннар. Даже здесь. Даже сейчас. Он будто был с нами.

— Он бы хотел, чтобы ты его взяла, — добавил Торвальд тихо.

Я кивнула и засунула нож за пояс.

Попутный караван нашёлся быстро. Торвальд знал одного купца, который вёз ткани и соль в восточные селения. Тот согласился взять нас за небольшую плату. Выезжали с рассветом.

Утро было прохладное, в воздухе пахло туманом и мокрой дорогой. Караван состоял из пяти телег, гружённых мешками и тюками. Купцы, возчики, охрана — человек пятнадцать. Мы с Торвальдом пристроились на последней телеге, среди тюков с шерстью. Пахло овчиной и пряностями. Телега скрипела, покачивалась, и под этот мерный скрип я не заметила, как задремала.Дорога на восток была пыльная и ухабистая. За день мы проезжали редкие деревни, миновали поля, перелески, мелкие речушки. Я смотрела по сторонам и думала о Гуннаре. Где он? Как он? Жив ли? Сердце сжималось при каждой мысли, но я гнала страх. Не время. Сначала — добраться.

К вечеру первого дня караван остановился у постоялого двора. Купцы развели костёр, достали еду. Мы с Торвальдом сидели чуть поодаль. Я слушала разговоры.

— Таинственный лес, — говорил один купец, пожилой, с седой бородой. — Не люблю я те места. Дурная слава о нём.

— Болтовня, — отмахнулся второй, помоложе. — Лес как лес.

— Как лес, да не совсем, — не унимался первый. — Люди там пропадают. Говорят, странные звери водятся. Не то волки, не то кто похуже. Кто войдёт — не все выходят.

— А кто входит? — хмыкнул молодой. — Дураки да смельчаки.

— Вот-вот, — старик покачал головой. — Смельчаков жалко.

Я придвинулась ближе.

— А что за лес? — спросила я.

Купцы переглянулись.

— Да есть там один, — неохотно ответил старик. — К востоку от тракта. Чёрный лес зовут. Деревья высоченные, стволы чёрные. Будто обугленные. И тихо там. Птицы не поют. Зверь не бегает. Только туман по низинам стелется. А из тумана — глаза. Жёлтые.

— И что, люди правда пропадают? — спросила я.

— Правда, — старик перекрестился. — Купец один пошёл туда за дровами. Не вернулся. Стража искала — не нашла. Даже костей не нашли. Будто и не было человека.

— Я слышал, — подал голос молодой, — что из того леса по ночам вой слышен. Не волчий. То ли плач, то ли смех. Кто услышит — тот не спит до утра.

— Говорю же — дурное место, — старик замотал головой. — Обходим стороной. И вам советую.

Я посмотрела на Торвальда. Он слушал молча, но глаза у него были серьёзные.