Книга Семеро по лавкам, или "попаданка" во вдову трактирщика, страница 133 – Алёна Цветкова

Может, и не надо было говорить это. Но боль, которую причинила мне Авдотья, требовала отмщения, и я не сдержалась.

— Я не могла нарушить клятву! — воскликнула кухарка.

Я медленно наклонилась, чтобы стать к ней ближе, и прошептала:

— Я не осуждаю… Но и простить тебя за то, что ты играла нашими жизнями, не могу. Я отдам тебе деньги, которые взял у тебя Трохим. Этого хватит, чтобы купить домик. И тогда тебе придётся уехать.

— Ты опять гонишь меня, — невесело усмехнулась Авдотья.

— Не опять… В этот раз всё серьёзно. Поверь, я стрясу с твоей госпожи, с Повелителя и даже господина Омула всё, что причитается мне за роль пешки в ваших интригах. Этого хватит, чтобы вернуть тебе то, что взял Трохим.

Она вдруг рассмеялась. Приблизила ко мне лицо и таким же тихим, доверительным тоном прошептала:

— Но ты же не знаешь, чем всё закончится… Потом ты пожалеешь, что выгнала меня из трактира.

Я пожала плечами. Зря Авдотья пыталась меня напугать.

— Может, и пожалею. Но я предпочту жалеть о том, что сделала, чем о том, чего не сделала.

Авдотья собиралась что то сказать, но в этот момент дверь трактира хлопнула, вошли гости.

— Кто это так рано? — нахмурилась я.

Поднявшись из за стола, где так и осталась недопитая кружка отвара, я торопливо вышла в гостевой зал и поздоровалась:

— Доброго утра, путники. Рада видеть вас в своём трактире. Подать вам завтрак?

Только потом я рассмотрела вошедших.

Это были госпожа Абигейл, Патрик и невысокая хрупкая девушка, едва достававшая дракону до подмышки… Ольюшка. Та самая провидица, затеявшая большую игру.

Я невольно уставилась на неё. Длинные чёрные волосы, белая полупрозрачная фарфоровая кожа, мягкие черты лица, огромные глаза на маленьком кукольном лице, тонкие запястья и крохотные ладони с узкими длинными пальцами. Ими она цеплялась за Патрика. А он осторожно, с видимой нежностью, прикрывал её руки, будто боялся, что она замёрзнет.

— Нам нужны Повелитель и господин Омул. Позови их, — заявила госпожа Абигейл знакомым высокомерным и повелительным тоном. Она не просила — приказывала. Даже не смотрела в мою сторону, с брезгливым выражением оглядываясь по сторонам.

Авдотья за моей спиной дёрнулась, чтобы рвануть к лестнице на второй этаж. Но я удержала её, вцепившись в юбку. Здесь она моя кухарка, а не служанка своей госпожи. А я уж тем более не собираюсь плясать под дудку сбежавшей жены господина Омула.

— Гости отдыхают, и я не стану их беспокоить. Но вы можете присесть за столик и подождать, пока они спустятся.

— Авдотья! — резко выдохнула госпожа Абигейл.

Кухарка снова дёрнулась, но я удержала её.

— Авдотья, иди на кухню и собери гостям завтрак, — приказала я, не поворачивая головы.

Когда огненный взгляд госпожи метнулся ко мне, я не дрогнула.

— Авдотья моя кухарка. Она будет делать то, что я ей прикажу. А вам я ещё раз предлагаю сесть за столик, позавтракать и подождать наших гостей. Они спустятся уже скоро.

Мой голос звучал твёрдо и жёстко. С каждой фразой выражение лица госпожи каменело всё больше. По всей видимости, она сочла мои слова оскорблением. Неизвестно, до чего бы дошло дело, если бы не вмешалась Ольюшка.

— Мама, — тихо прошелестела она, отпуская Патрика и хватая мать за рукав. — Не надо… Прошу тебя. Ты же знаешь, мы и правда виноваты перед Олесей…