Книга Оберег от нечистой силы, страница 72 – Алёна Цветкова

А потом начнут выкидывать и бумагу. И ее я тоже смогу собрать и снова пустить в дело. От перспектив у меня дыхание сперло. И когда прибежал мальчишка-послушник и сказал, что святоша вернулся, я уже забыла, что хотела с ним поговорить. Отмахнулась от мальчишки и продолжила обдумывать свою бизнес-модель.

А утром в работный дом заявилась Марьюшка. Я еще даже не проснулась.

— Василиса! — заорала она с порога, разбудив всех бомжиков, — ты почему еще спишь? У тебя помолвка сегодня в полдень, а ты еще не проснулась! Живо вставай!

— Отстань, — попыталась я повернуться на другой бок. Но не тут-то было:

— А за кого это наша Василиса замуж собралась? — вскинулась бабка Паша. И остальные бомжики загалдели, подтверждая, что их тоже дюже интересует этот вопрос. — Неужто за боярина Светозара?

— Нет, баб Паш, — Марьюшка так часто приходила в работный дом, что давно стала здесь своей, — за святошу нашего.

Она вцепилась в мое одеяло и пыталась стащить его. Пришлось держать крепко. И при этом еще делать вид, то я сплю. Вот надоест им меня будить, оставят меня в покое, и я посплю немного. Главное не открывать глаза.

— За святошу?! — всплеснула руками бабка Паша, — а что ж молчала-то, Василиса? Да как же так-то? Ты ж, почитай, отсюда замуж пойдешь! А мы ж со всем старанием тебя проводим!

Я поморщилась и накрылась одеялом с головой. Как-то перестала мне нравится эта идея с помолвкой. Это сколько времени убить придется, вместо того, чтобы с Великим князем обсудить новые мусорные законы.

— Это только помолвка, — пробубнила я. Марьюшка, подруга такая, вырвала таки одеяло и теперь я просто сжалась в комочек всем видом показывая, что я сплю… ну, не сволочи же они, чтобы так мучить сладко спящего человека?!

— А! — догадалась бабка Паша, — муж-то твой только зимой помер. Траур у тебя же… Так! — хлопнула она в ладоши, — бомжики, живо за работу! Надо нам в работном доме и в храме чистоту и порядок навести, чтоб Великого князя в гости позвать не зазорно было! Василиса, а ты ж, поди, Белаве-то тоже не сказала?! — охнула бабка и запричитала, — да как же мы все успеем-то?! Варуха, лети к Белаве, скажи, что у Василисы и святоши помолвка сегодня. Живо за работу, бездельники, — заорала она, и принялась раздавать команды, распределяя бомжиков по участкам.

Мгновенно заголосили, зашумели все вокруг. Стало ясно, поспать мне не дадут.

— Марьюшка, — я открыла глаза и со стоном села, спустив ноги со своей приступочки, — иногда я тебя ненавижу.

— Я же для тебя стараюсь! — возмутилась Марьюшка, — и немного для святоши.

Терзали меня подготовкой к помолвке часа три, не меньше. Я сначала пыталась сделать вид, что мне не интересно, а потом выпустила свою женщину. Они с Марьюшкой сразу заговорили на одном языке, и я смогла подремать немного под их выразительный щебет.

Но стоит признаться, получилось у них великолепно. Пусть платье было Марьюшкино, пусть украшениями со мной тоже поделилась она, но я выглядела, как царица. Я, когда увидела себя в большом полированном металлическом зеркале, чуть дар речи не потеряла. Даже помахала руками, чтобы убедиться, что это я. Такой я не была никогда в жизни.

Я шла по дорожке к храму с Марьюшкой… должна была с мамой, но раз уж ее нет, то эту миссию взяла на себя верная подруга. Светозарова мымра, первая красавица в городе, рядом со мной вдруг поблекла, а сам Светозар с досадой вздохнул.