Книга Жена тёмного князя, страница 27 – Алёна Цветкова

— Пузик, погоди, я так устала, — вздохнула я, обняла и прижала зверика к себе. — Давай немного полежим, а потом я дам тебе вкусненьких червячков…

Псиц одобрительно заурчал и прижался к моей груди крошечным телом. Его хвостик немного щекотал мне лицо, но у меня не было сил даже отодвинуть его от носа. Так я и заснула…

— Тише, Пузик, — услышала я еле слышный шепот Бориса, — не шуми ты так. Ася же спит. — Псиц не слушал его и жалобно поскуливал, как будто бы что-то требуя. — На, держи, безобразник, своего червяка. Погоди, дай, достану побольше. — Пузик возмущенно заверещал, и Борис сдался, — на-на… ешь. Обжора… Не понимаю, почему ты так сильно отличаешься от той нежити, которую я видел в Пределах? Неужели Ася права, и ты такой, потому что вокруг темные земли? Но если это так, то выходит все наши знания о нежити неверны? Тьма! Сколько в тебя лезет, приятель? — зашептал Борис в ответ на возмущенный писк Пузика.

Это было так мило, что я невольно начала улыбаться. Открыла глаза. Борис сидел на полу, рядом с мешками и выбирал из муки мучных червей. Рядом скакал Пузик, дергая пушистым хвостом от нетерпения. Борис выбрал горсть личинок и подставил ладонь нежити, которая с урчанием, трясясь всем телом, принялась пожирать насекомых из Пределов жизни…

— Пожалуй, — Борис потрепал малыша по холке, — надо попробовать приглядеться к местной нежити… Может быть все не так плохо, как кажется, а?

Пузик одобрительно зафыркал, как будто бы соглашаясь с Борисом. А он наконец-то заметил, что я проснулась.

— Отдохнула? — улыбнулся. — Я же говорил, рано тебе на улицу выходить, слабая ты еще. Вон, — кивнул он в сторону стола, на котором лежала большая куче зелени. — Набрал я тебе по пучку травы разной. Посмотри, которая в пищу годится, ту и буду приносить.

Борис снова отвернулся, и начал терроризировать Пузика, который наевшись, пытался добраться до своего тапка, чтобы поспать. Малыш определенно любил поспать. И поесть. И погладиться иногда. Но Борис удерживал его на месте, то перегораживая путь, то легким движением поворачивая в другую сторону, то просто оттаскивая за шкирку на исходную позицию. Псиц возмущенно верещал и тряс хвостом.

— Даже так? — хмурился Борис, — ты не нападаешь, когда я отнимаю у тебя еду. Ты не нападаешь, когда я не даю тебе пройти к своей норе… Но почему? Нежить, которую я видел раньше, уже давно кидалась бы на меня, чтобы убить.

Вот оно что! Я то думала между ними дружба, а это, значит, всего лишь эксперимент?!

— Хватит мучить животное, — я поднялась с постели. Мышцы слегка ныли, как после серьезной физической нагрузки. — Отпусти его. Пусть идет в свой тапок.

— Он не животное, — возразил мне Борис, тем не менее позволяя малышу провраться к тапку, — он нежить.

— Все равно, — пожала я плечами и, кое-как доковыляв на подгибающихся ногах к столу, плюхнулась на табуретку и принялась перебирать траву…

Она была совсем мелкая, светло-зеленая, как всегда бывает ранней весной. Но зато я нашла знакомые листочки мать-и-мачехи, кустики крапивы, крошечные лепестки щавеля, стебельки чистотела, лопуха и примулы… остальную траву я отложила в сторону. Возможно среди них было еще что-то съедобное или хотя бы полезное, но моих знаний ботаники на большее не хватило. А, возможно, эти растения, вообще, не были похожи на те, которые росли в моем мире. Например, вот эти мясистые фиолетовые ростки, свернутые в улитку, как папоротники, точно мне раньше не попадались.