Онлайн книга «Жена тёмного князя»
|
Кожух Бориса, вообще, оказался мне не под силу. Стоило надеть его, как мои колени подламывались и я начинала шататься. Пришлось отказаться от верхней одежда и просто закутаться в одеяло. Я, с трудом переставляя ноги, обутые в тяжелые сапоги Бориса, и опираясь на его руку, спустилась с крыльца. Весна только-только вступила в свои права. Снег уже почти растаял, остались только неопрятные лохматые кучи серого льда под деревьями в лесу, начинавшемся метрах в ста от крыльца рындвана. Опушку, отделяя нас от леса, пересекал глубокий овраг, поросший лесом. Мы добрели до него и заглянули вниз. На дне все еще лежали сугробы. — Хорошо бы сделать ледник, — заметила я, рассматривая дно, — летом где-то надо будет хранить рыбу и мясо. На жаре, без холодильника они быстро испортятся… — У меня есть магический ларь, — отозвался Борис, — пару тушек туда влезет. Я кивнула. Хотя запас в пару тушек это совсем не тот уровень, который бы меня успокоил. Дома у меня был морозильный ларь на триста сорок литров. И я все лето старательно набивала его, замораживая ягоды, фрукты, овощи и зелень. — Скажи, — обернулась я к нему, — ты говорил, что до пятнадцати лет был крестьянином. Пахал и сеял хлеб. Но как же так вышло, что ты не умеешь хранить зерно и муку, не можешь набрать съедобные растения, не понимаешь, зачем в хозяйстве нужен большой ледник, и, вообще, ведешь себя, как аристократ в сотом поколении? — Каждый некромант, — пожал плечами Борис, — отрекается от прошлого и посвящает свою жизнь служению Павлонии и Пресветлому князю. После этой клятвы я все забыл. Помню только какие-то образы: запах влажной земли, ощущение теплого дерева в руках и как тонут ноги в земле, когда идешь за плугом. — Он улыбнулся, — я поэтому и хотел попробовать вспахать землю. Надеялся, что смогу вспомнить еще что-нибудь… — Мне очень жаль, — вздохнула я. — Наверное, тяжело, не помнить свое прошлое… — Я уже привык, — улыбнулся Борис. И добавил, — а ты знаешь, как делать этот ледник? Может быть я раньше делал что-то подобное, просто забыл… — Знаю, — тряхнула я головой, нечаянно скинув с нее шапку, которая покатилась вниз по склону оврага. — Ой! Я растеряно смотрела вниз, моя шапка, вернее, шапка Бориса, лежала на краешке снежного сугроба на самом дне оврага. — Ничего, я сейчас достану. Только сначала давай отведу тебя в дом. Оставлять тебя одну небезопасно. Я могу не успеть, если на тебя вдруг нападет нежить. Траву я сам соберу. Всю, которую увижу. А ты потом посмотришь, и определишь, что можно есть. Пришлось мне согласиться. Выбора-то не было… И вроде бы наша прогулка продлилась минут десять, не больше, и прошла я едва ли сто метров от рындвана до оврага и обратно, но вернулась уставшая так сильно, как будто бы на мне ведь день пахали. Борис помог мне скинуть с себя одеяло и пудовые сапоги, и ушел за шапкой. Вещей у нас было слишком мало, чтобы ими разбрасываться. Я трясущимися от усталости руками, развязала узлы на рубашке и штанах. Стянула с себя огромную и тяжелую, как будто бы она была сшита из свинца, одежду и оставив все лежать прямо на полу, прилегла на кровать решив отдохнуть пару минут. Не думала, что я стала настолько слабой после болезни. Псиц, дремавший в своем любимом тапке проснулся и, жалобно скуля, кое-как по висевшему до пола покрывалу взобрался ко мне на постель. Подошел и ткнулся мокрым носом в лицо. |