Онлайн книга «Старшая сестра его величества. Жизнь»
|
— Пиво и квас хочу купить, — прохрипела я. Прокашлялась и добавила, — по две крынки… — Зачем тебе столько? — округлил глаза Иден. Он как раз снял с самой верхней полки пустую бутыль в форме тыквы и старательно стирал с ее бока совершенно незаметное пятнышко. — Надо, — улыбнулась я. — и еще я сегодня на работу не приду. Хочу попробовать поработать на ярмарке. — Квас и пиво продавать? — усмехнулся хозяин харчевни, — ну, попробуй. Только сомневаюсь я, что толк будет. Ты баба путевая, ежели твое дело не выгорит, приходи обратно. Я тебя завсегда возьму. Такой чистоты на кухне у меня отродясь не было, как после тебя остается. Не зря я Жерена послушал и тебя к себе взял. И платить буду пять гринок… Я только кивнула. У меня от обиды сжалось горло. Значит, пока я работала, ни словечка мне хорошего, и про добавочную гринку молчок. А как уходить собралась, так сразу и хорошей стала и повышения зарплаты достойна. — Елька, — хмыкнул Иден, — ты не обижайся. Когда сама людей нанимать начнешь, поймешь меня. И будет это совсем скоро. Поверь, я в харчевне с малолетства работаю. Людей насквозь вижу, кто чего достоин сразу скажу. А ты баба упертая. Даром, что тихая и спокойная. А цель свою видишь и идешь к ней, не жалуясь на трудности. Не сейчас, так потом у тебя что-нибудь да получится. — Если знаешь, — нашла силы улыбнуться, — то должен видеть, что ты своими словами убил во мне всякое желание возвращаться… — Ты сгоряча-то не руби, — подмигнул хозяин харчевни, — жизнь длинная, любое знакомство пригодиться может. Дело-то оно в одиночку не делается… всегда нужны те, к кому и за советом и за помощью обратиться можно… — Что ж, спасибо за науку, Иден, — попрощалась я и вышла из харчевни. Ни за что сюда не вернусь… Я вздохнула. И взмолилась кому-то: «Помоги» Пусть у меня получится!» Глава 26 Солнце палило, как в середине страденя, ветер стих, а тени домов укоротились настолько, что совсем не защищали от жара. Я волокла тележку, обливаясь потом и чуть не падая от усталости. Я мечтала о ведре холодной колодезной воды, миске каши и постели. Именно в таком порядке. Даже страхи о том, ка к пройдет завтрашний день отошли на второй план. Когда я вышла на нашу улицу и увидела краешек забора дома Селесы, открылось второе дыхание, и я рванула вперед почти бегом. Пый привычно сыграл роль дверного звонка. — Кто там? — спросил тонкий, дребезжащий от слез голосок. — Сирго?! — удивилась я, — это я, открывай. Загромыхал засов, для пятилетнего малыша он был слишком высоко, и открывал его Сирго непривычно долго. А когда дверь распахнулась, и я увидела зареванную мордашку… сердце ухнуло куда-то в пятки… — Сирго, — подхватила я его на руки, а он заревел еще громче, — что случилось? Что-то с Лушкой или Анни? — Тетька Елька! — он что-то ответил мне, но из-за рыданий, я ничего не поняла. От ужаса сдавило голос, улица поплыла перед глазами. — Сирго! — затрясла я мальчишку. — Что с Лушкой и Анни?! — Тетька Елька! — снова выдохнул Сирго, уткнулся мне в шею и жалобно захныкал… Меня накрыла паника. Я растерянно водила глазами по двору. Что я искала? Не знаю. Мне казалось, Лушка или Анни заболели, упали с высоты, поранились и умерли одновременно. В голове было пусто, а вместо крови в моих жилах бежал чистый адреналин. Неизвестно чему бы это привело, но из-за кустов, за которыми всегда играли дети, раздался шепот Лушки: |