Книга Старшая сестра его величества. Жизнь, страница 35 – Алёна Цветкова

Хлынул ливень. Такой сильный, что я мгновенно потеряла из виду лес. Остались только мы с Фиодором.

— Вставай, — велела я ему. Поднялась сама и рывком выдернула за шкварник брата. Ему тоже придется быть сильным, если он хочет вернуть себе право называться королем.

Сейчас, стоя под дождем я вдруг поняла, путь будет трудным и долгим. Гораздо более долгим и трудным, чем я представляла себе пару минут назад. Но мы справимся. Если будем идти вместе. Рядом.

Именно в тот миг я окончательно приняла свою судьбу.

— Идем, — взяла я принца за руку, — нам нужно в столицу.

Ночевали мы прямо у дороги. Какая разница где, если все равно кругом одинаково мокро, а мы устали так, что заснули сразу, как только перестали шагать?

Дождь прекратился поздно вечером. Но ночью все равно было холодно и сыро. Мы тряслись под тонким шелковым халатом. Он мгновенно промок, впитав воду с нашей одежды, и совсем не грел. Я обняла малыша и прижала к себе, чтобы он не замерз. И он тоже всю ночь грел меня, как маленькая печка.

— Эй! — крикнул кто-то прямо надо мной. Я вздрогнула и, еще не проснувшись, попыталась убежать, отталкиваясь ногами и пятясь назад. — Не бойся, — сверху раздался смех.

Я открыла глаза. Рядом с нами стояла старая деревенская телега, запряженная в низенькую и смиренную лошадку неопределенной масти.

— В Ясноград? — спросил, улыбаясь всеми морщинками, немолодой мужичок.

Выглядел он вполне безобидно. Худощавый, жилистый, с пышными, длинными усами, свисающими по краям коротко стриженной бороды. Соломенная шляпа, светлая льняная рубаха-косоворотка, украшенная незатейливым орнаментом. Штаны из крашенной луковой шелухой домокатной ткани, на ногах лапти. И руки настоящего крестьянина. Закорузлые, почерневшие от работы, с обломанными ногтями с намертво въевшейся черной каймой. Вряд ли его послали за нами, скорее всего он оказался здесь случайно.

Кивнула молча.

— Садитесь, — безмятежно кивнул он на телегу, — подвезу. Негоже с дитем по дорогам шляться.

Второй раз меня просить было не нужно. Я быстренько подхватила мальчишку, усадила его и сама тоже взобралась на телегу, свесив ноги сбоку. На всякий случай. Если что принца в охапку, с телеги прыг и только нас и видели.

— Замерзли? — тряхнув вожжами и отправляя лошадь вперед, спросил крестьянин. Не дожидаясь ответа, нашарил рукой позади себя старый овчинный тулупчик и подвинул нам, — накройтесь. Дитенок-то простынет еще. Да и сама, вижу, вчерась под дождем мокла.

— Спасибо, — разлепила я губы. Прав мужик. Я тоже удивлялась, как мы не заболели после всех тех лишений, что нам пришлось пережить.

— Да, пожалуйста, — фыркнул смешливый мужик, — меня дядькой Кирком можете звать. Я из Нижней Заречки к дочке в Ясноград еду. Она у меня умница, да красавица. На ярмарку со мной ездила, да тамошнему Смотрящему приглянулась. Да так, что он ее в жены взял. Теперь дочка у меня почти купчиха! Внуки, ежели повезет, точно с купцами породнятся! Смотрящего-то купцы городские дюже уважают…

Я улыбнулась. Понятно. Мужичку «дюже» похвастаться хотелось, как его дочка устроилась. Распирало его. Вот и подобрал нас, чтоб поговорить.

— Повезло дочке-то вашей, — кивнула я, «отрабатывая» проезд.

— Ох, как повезло! — довольно кивнул мужик и снова затараторил, — зятек-то мой человек в Нижнем городе не из последних. А на рынке нашем так, вообще, всем заправляет. За порядком следит, места распределяет. И мне, со всем уважением, лучшие места занимает. Прямо у ворот. Стой, говорит, тесть дорогой, вот туточки. Мимо тебя ни один покупатель не пройдет. Теперь можно все подряд на ярмарку везти, все распродам.