Книга Старшая сестра его величества. Власть, страница 43 – Алёна Цветкова

Дела на фабрике тоже шли довольно неплохо. Сезон мы завершили с большими прибылями, и уже сейчас, в конце весны, начали подготовку к следующему. Вязальщицы работали, без перебоев снабжая склад носками, шапками и шарфами. А еще я решила попробовать выпустить линейку шерстяных свитеров. Сейчас мы отрабатывали схемы и процессы вязания с девочками, которые за время работы на фабрике стали настоящими мастерицами.

Одна из них даже приезжала в Высокий город на пару дней в качестве дальней родственницы мой Тайки. Мне нужно было на пальцах объяснить, как вязать араны: косы и жгуты, которыми я хотела украсить наши свитера. Ничего подобного в этом мире не было, и я не без оснований ждала успеха.

Эта поездка, совершенно неожиданно для меня, но вполне обоснованно, если подумать, стала лучшей мотивацией для всех работниц фабрики. Авторитет сотрудницы, побывавшей в недостижимом для жителей Нижнего города месте, достиг небывалых высот, а женщины быстро сообразили, что каждая из них может получить такой же шанс, если будет стараться. У меня и раньше не было проблем с желающими работать на подпольной фабрике, ведь платила я хорошо. А сейчас ворота дома Гирема, с раннего утра до поздней ночи осаждали желающие.

Вообще, известие, что Елька, которая жила в Нижнем городе, оказалась герцогиней Форент, было подобно разорвавшейся бомбе. Наши соседи, с которыми я прожила бок о бок несколько лет, были в полном шоке. Жерен рассказывал, что бабы у колодца теперь шепчутся, мол, сразу было видно, что Елька из аристократов. Мне тут же припомнили и коромысло, и борьсч, и все остальное.

А Харчевня стала еще популярнее ресторации. Еще бы, поесть в харчевне, значило самому попробовать еду, которую подают на стол самым настоящим герцогиням. Теперь-то народ был уверен, именно из герцогской кухни я принесла в Нижний город все свои новинки: мясо на палке, картошное пюре, пирог с рыбной кашей, песчаное печенье и все остальное.

В обще-то дел хватало и с существующими предприятиями. А тут еще со дня на день я ждала прибытия купцов, которых отправила скупать абрегорианских тонкорунных овец, когда испугалась, что барон Пирр хочет запретить мне ввоз шерсти из Абрегории.

Сейчас я, конечно, предпочла бы сделать вид, что ничего не было. И забыть про проклятых овец. Но было безумно жаль денег, которые я туда вложила. Пусть сейчас эта сумма не казалась мне большой, но тогда я выскребла все, что у меня было. Возможно, если я распродам овец, то смогу вернуть деньги... В крайнем случае пущу на мясо. Баранина мне и в харчевне, и в ресторации пригодиться.

— Ваша светлость, — однажды мой управляющий пришел недовольно хмурясь, — у нас проблема.

— Рассказывайте, — я вздохнула и откинулась на спинку кресла, вцепляясь в подлокотники.

Руки сами потянулись за перьями, стоящими в массивном стакане из малахита. Привычка драть перья, когда нервничаю, так крепко въелась в меня, что каждый раз приходилось напоминать себе, что здесь я в гостях. Кабинета в моих покоях в посольстве не было, но барон Пирр любезно предоставил мне свой. Ненадолго, правда, только на время общения с управляющим. Но это лучше, чем решать деловые проблемы в гостиной.

— Вчера от купцов, которые уехали в Абрегорию, прилетел голубь. Мы так сильно увеличили спрос на шерсть, что цена выросла почти в два раза. Сроки договоров, заключенных три года назад, закончились. И фабриканты, которые все это время торговали с нами по старым ценам, сговорились с остальными и подняли цену для наших купцов еще больше. Хотят возместить убытки, — управляющий вздохнул. — Если мы закупим сырье по таким ценам, то останемся без прибыли...