Книга Старшая сестра его величества. Власть, страница 41 – Алёна Цветкова

— И еще спина, — добавила я. — И колени... разбиты.

Лекарь ничего не ответил. Сочувственно вздохнул. Его толстые, похожие на сардельки пальцы, легко, не причиняя боли пробежались по моей шее.

— Все не так страшно, как может показаться. Я выпишу вам мазь. И, ваша светлость, я предпочитаю забыть, кто сделал это с вами, но настоятельно советую больше не злить этого человека. В следующий раз все может закончится более плачевно.

Он нырнул в свой саквояж и достал оттуда небольшой горшочек, накрытый промасленной тряпицей и перевязанной бечевкой.

— Наносить на поврежденную кожу два раза в день, — пояснил он, поставив баночку на столик. — Что со спиной? Тоже синяки?

— Да, — ответила я. Говорить было больно но кивать еще больнее.

— Мазать этой же мазью. И колени. Она хорошо заживляет. — Он щелкнул металлической застежкой своего саквояжа. Медленно отошел от дивана на пару шагов, замер. И повернувшись сказал, — ваша светлость, я понимаю, ваш отец чрезвычайно баловал вас, поэтому вам, вероятно, не известно, что с мужчинами лучше не спорить. Женщины должны быть смиренными, чтобы у мужчин не было необходимости принуждать их к повиновению силой.

— Спасибо, я учту, — ответила я, мысленно хмыкнув.

Он снова вздохнул и, сделав еще один шаг, снова замер, чтобы сказать:

— Я знаю, ваш жених не из Абрегории, и вам может показаться, что здесь привыкли к более распущенным нравам. Но, ваша светлость, открою вам секрет. Грилорским мужчинам тоже нужны покорные жены, а не бунтовщицы. И ради себя самой вы должны быть более благоразумны. С вашего позволения, — он коротко поклонился и сбежал, не дожидаясь ответа.

И не услышал, как я прошептала ему в ответ:

— Не всем...

Мой отец был не такой. Гирем, несмотря на то, что был «ночным королем», предводителем воров и убийц, не такой. Жерен... Дишлан... Алес... Нюнь... да, даже герцог Форент. Я уверена, они никогда не смогли бы поднять руку на женщину. Даже в качестве последнего аргумента в споре.

Тайку и Южина пришлось ждать довольно долго. Короткая свеча, которую мне оставила горничная, прогорела и комната погрузилась во тьму. Я все так же лежала на диване и старалась не шевелиться. Боль стихала, если я не двигалась. Мне удалось даже немного задремать.

Когда наступила глубокая ночь, а в посольстве затихла даже прислуга, дверь в мои покои тихо скрипнула.

Первой вошла Тайка. Вслед за ней, неслышно, прячась в тени стен, крался Южин. Он был такой огромный, что моя просторная гостиная сразу стала казаться маленькой, хотя он застыл прямо там, у входной двери, не решаясь пройти дальше.

— Ваша светлость, — прошептала Тайка, — вот... я привела... мне уйти?

— Нет, — качнула я головой. И обратилась к Южину, — мне снова нужна твоя помощь. Меня тут немножко покалечили... Сможешь?

Южин неслышно скользнул ко мне. Провел рукой, над моим телом, не касаясь. Кивнул и опустившись на колени перед диваном, положил ладонь на истерзанное горло.

Эта часть тела была гораздо чувствительнее колена и я почувствовала, как с руки Южина ко мне стекает щекотное тепло. Как будто бы тысячи муравьев копошились под моей кожей. И боль уходила. Я снова нормально дышала и могла говорить без усилий.

Потом Южин подлечил мне спину. И колено. А когда закончил, то не смог встать.