Книга Грозовой аудит: чипсы, мазь и два меча, страница 46 – Алиса Миро

Я встала из-за стола. Желудок был полон, душа пела. — Всем спасибо. Дегустация окончена. Лиза, Эльза — полчаса на отдых, потом гладить салфетки. Маркус — на стену, сгонять жир. — Есть, миледи! — рявкнул лейтенант, с трудом вставая из-за стола. Я подошла к окну. До приезда Инспектора оставалась неделя. У нас была еда. У нас было вино. У нас была чистая постель. И у нас был потайной ход с компроматом, о котором Граф даже не догадывался. Шансы на победу росли с каждым съеденным мантом. Я повесила на массивную дубовую дверь своей купальни табличку. На ней углем было выведено: «САНПРОПУСКНИК. Вход только для персонала с уровнем допуска "Богиня". Нарушители будут превращены в жаб. Лиза, это касается тебя».

Я задвинула засов. Щелк. Этот звук отрезал меня от Грозового Створа, от Инспектора, от проблем с картошкой и от ответственности за судьбы мира. Я осталась одна. И это было прекрасно.

В купальне царил полумрак, разбавленный лишь мягким свечением трех магических шаров, которые я настроила на теплый, янтарный спектр. Воздух был влажным, густым и пах так, что у меня закружилась голова. Я не пожалела ресурсов. В горячую воду я вылила кувшин жирных сливок, добавила полчашки меда и горсть лепестков шиповника, которые сушили с осени. Ванна Клеопатры в условиях Крайнего Севера.

Я подошла к зеркалу. Скинула одежду. Шерстяное платье, нижняя рубашка, теплые чулки... Слой за слоем я снимала с себя броню. Осталась только кожа. Я критически осмотрела себя. Две недели стресса не прошли даром. Под глазами залегли тени. Кожа немного обветрилась после горного похода. — Время техобслуживания, Елена Викторовна, — прошептала я своему отражению. — Будем проводить реновацию фасада.

На мраморной полке меня уже ждал арсенал. Я взяла мисочку. В ней была серо-зеленая жижа. Выглядело жутко, пахло тиной. Голубая глина, найденная у ручья, смешанная с соком алоэ и каплей драгоценного масла сандала. Я нанесла массу на лицо толстым слоем. Холодная, скользкая глина стянула кожу. — Красота требует жертв, — хмыкнула я, превращаясь в болотную кикимору.

Для волос — другая миска. Желтки, репейное масло и ложка травяного настоя. Я втерла эту смесь в корни, замотала голову горячим полотенцем, создавая «парниковый эффект». Теперь я выглядела как сумасшедшая шаманка: лицо зеленое, на голове тюрбан. Если сейчас сюда ворвется убийца, он умрет от смеха. Но мне было плевать.

Я взяла с полки самое главное. Деревянный поднос, который плавает на воде. Ян сделал его по моему чертежу вчера. На подносе стояли: Миска с чипсами из самой свежейпартии, тончайших, посоленных крупной солью. • Бокал с разбавленным вином, холодным, запотевшим. • Книга. Я шагнула в воду. Она была горячей. На грани терпения. Мое тело, привыкшее быть в напряжении, сначала сопротивлялось, а потом сдалось. Я опустилась по шею. Вода, тяжелая от сливок и масел, обняла меня, выталкивая на поверхность все тревоги. — Ооооох... — вырвался у меня долгий, протяжный стон. Я откинула голову на бортик, подложив свернутое полотенце. Закрыла глаза. Тишина. Только редкий кап-кап конденсата со стены.

Я потянулась к подносу. Взяла чипс. Он был невесомым, золотистым. Отправила в рот. Хрусть. Этот звук прозвучал в тишине купальни как выстрел. Соль обожгла язык, масло растеклось приятной тяжестью. Я запила вином. Контраст. Горячая вода снаружи, холодное вино и соленый снек внутри. Это был гастрономический оргазм. — Господи, — прошептала я. — Какое счастье, что я не родилась здесь крестьянкой. Иначе пределом моих мечтаний была бы репа без соли.