Книга Крестьянка. Из грязи в князи, страница 6 – Ian luv

Но мой мозг не отключался.

Пока я месила тесто, я составляла бизнес-план.

1. **Адаптация.** Изучить быт, манеры, язык до мелочей, чтобы не спалиться. Любая ошибка может стоить жизни или свободы.

2. **Ресурсы.** Найти что-то, что можно монетизировать. Знания? Умения? Может, новые рецепты? Агротехнологии? Что я знаю о сельском хозяйстве? Черт, мало. Я строитель. Я могу спроектировать дом. Но кто будет слушать бабу?

3. **Свобода.** Узнать, как получить вольную. Деньги? Побег? Замужество? Нет, замужество за крепостным — это тупик. Замужество за свободным... Это вариант. Но кто возьмет бесприданницу?

4. **Разведка.** Узнать больше о князе Волкове. Врага надо знать в лицо.

Вечер опускался на деревню быстро. В избе зажгли лучину — тусклый, чадящий свет, от которого слезились глаза. Ужин был скудным: щи (пустые, без мяса), каша и хлеб. Я ела деревянной ложкой, стараясь не морщиться. Вкус был пресным, но голод — лучший повар.

За столом сидели тетка Марфа, ее муж — угрюмый мужик по имени Прохор, и трое их детей, мал мала меньше. Они ели молча, быстро, сосредоточенно. Еда здесь была ценностью, а не удовольствием.

— Завтра на сенокос, — буркнул Прохор, вытирая бороду рукавом. — Аринка, пойдешь с бабами ворошить.

— Хорошо, дядя Прохор, — кивнула я.

После ужина я вышла на крыльцо. Ночь была невероятной. Такого звездного неба я не видела никогда. Никакого светового загрязнения. Млечный Путь пересекал небосвод сияющей рекой.

Я села на ступеньки, обхватив колени руками. Грубая рубаха все еще кололась, но я уже почти привыкла.

Где-то там, в будущем (или в параллельной вселенной), мое тело, возможно, лежит в морге. Или в реанимации, опутанное трубками. Моя компания в хаосе. Акции падают. Конкуренты рвут куски моего бизнеса.

От этой мысли стало больно. Я создавала «Власова Девелопмент» десять лет. Я вложила туда душу. И теперь все это исчезает.

Слеза, горячая и одинокая, скатилась по щеке. Я зло смахнула ее.

Не время для траура. Я жива. Я дышу. Я чувствую запахи.

Вдруг калитка скрипнула. Во двор вошла высокая мужская фигура. В темноте я не разглядела лица, только силуэт — широкие плечи, кепка набекрень.

— Аринушка, ты тут? — голос был мягким, немного неуверенным.

Иван.

Мое сердце (сердце Арины?) екнуло. Мой разум напрягся.

— Тут, — отозвалась я, не вставая.

Он подошел ближе, пахнущий сеном и потом. Присел рядом на ступеньку, но на почтительном расстоянии.

— Я скучал, — прошептал он. — Весь день в поле, только о тебе и думал. Скорей бы Покров.

Он попытался взять меня за руку. Его ладонь была горячей и шершавой. Я не отдернула руку, но и не ответила на пожатие. Я смотрела на него, привыкая к темноте. Красивый парень, правильные черты лица, добрые глаза. Типичный герой русских сказок. Иван-царевич... нет, Иван-дурак.

— Устал? — спросила я нейтрально.

— Устал, — вздохнул он. — Но ради нас стараюсь. Избу подправлю, корову, может, выменяю еще одну. Заживем, Аринушка.

В его голосе было столько надежды, столько простой, незамысловатой любви, что мне стало не по себе. Он любит эту оболочку. Он любит Арину. А я — самозванка, укравшая ее тело.

И я собираюсь разбить ему сердце. Потому что я не останусь здесь. Я не буду жить в избе и рожать каждый год. Я не буду женой крепостного.