Книга Пропавшая истинная, страница 17 – Лана Нежная

Запах.

Лес после дождя и спелая земляника.

Её запах. Запах той девочки из роддома. Моей Истинной.

Барьер рухнул. Тридцать лет пустоты заполнились за одну секунду. Связь ударила с невероятной силой. Моя. Моя. Моя.

Она была в шоке. Вскочила на ноги, отшатнулась.

— Серенький, что ты наделал?! — она схватилась за шею. На ней теперь болталась просто верёвочка.

На земле, в траве, валялись чёрные крошки камня. И между ними я увидел маленький, пожелтевший от времени осколок.

Кость.

Внутри этого камешка была кость?

Волк тоже увидел. Он понюхал. Пахло оборотнем. Другим волком. Чужаком. Это какое-то колдовство? Маскировка? Проклятие?

Она опустилась на колени, хотела собрать кусочки.

Волк зарычал. Низко, предупреждающе. Не пустил её.

— Серенький, ты чего?! — она посмотрела на него с испугом.

Он схватил осколки пастью, игнорируя боль, и потащил их к реке. Зашёл в воду по брюхо и выплюнул.

Кусочки обожгли язык и нёбо. Из пасти начала течь тёмная кровь. Он жадно мыл морду в воде, фыркал, тряс головой.

Она стояла на берегу, прижав руки к груди.

Я тоже был в шоке. И я был внутри, и ничего не мог поделать. Пока волк пытался промыть ожоги, я орал ему:

«Выпусти меня! Нам надо поговорить с ней! Это она! Понимаешь?! ОНА!»

Не реагировал. Пытался силой подавить, вытолкнуть его. Не давал. Зараза упёртый. Огрызался внутри моей головы, скаля клыки.

Потом он вышел на берег, отряхнулся, разбрызгивая воду с кровью, и лёг перед ней на живот, поджал хвост и заскулил. Тихо и жалобно.

Она замерла. Смотрела на его окровавленную морду. Страх в её запахе сменился жалостью. Она медленно опустилась на колени прямо в мокрую траву.

— Поранился? — прошептала она, протягивая руку. — У тебя кровь... Больно?

Села рядом, не боясь ни крови, ни клыков, и начала осторожно гладить его по голове. Волк закрыл глаза. Вроде она уже не злилась за разбитый кулон.

Через полчаса волк встал, стряхнул с лап песок. Она тоже поднялась. Пошли домой.

«Выпусти меня к ней, — просил я его, уже без злобы, просто устало. — Нам надо поговорить. Я должен ей всё объяснить».

Не пускал. И злился на меня. Огрызался, скалил клыки.

И тут до меня дошло.

Получается, он всё это время чувствовал её. Каждую секунду. Он знал, что она — его пара. Он знал, что она умирает.

Но как? Почему не учуял я? Почему этот проклятый камень прятал её от меня, но не от зверя? И что за кость была внутри?

Катя

Жизнь шла медленно, неторопливо, словно эта глушь существовала вне времени.

Я навела порядок везде, куда дотягивались мои руки. Запаслась дровами — таскала по два полена за раз, отдыхая после каждого похода к сараю. Обошла все окрестности, выучила каждую тропинку, каждый куст и чувствовала себя здесь на удивление спокойно. Как дома.

И я была не одна. У меня был свой сторожевой пёс.

У меня реально было ощущение, что он меня охраняет. Он ходил за мной везде: в лес за ягодами, на речку, в сад. Я полола цветы — он лежал в тени веранды, я шла за водой — он плёлся следом, останавливаясь ровно в десяти шагах. Только когда я заходила в дом и закрывала дверь, он уходил по своим делам, а ночью возвращался под окно. Мы жили душа в душу. И кошмары, которые мучили меня годами, исчезли. От них он меня тоже охранял. Я спала крепко, зная, что за окном он.