Книга Пленница генерала-дракона, страница 12 – Виктория Виноградова

— Да послушайте же! Я могу быть полезна вам и всему городу.

Жрецы молча переходят к следующей девушке.

Пока на меня никто не смотрит, выворачиваю руку, нашаривая поясную сумку и стараюсь незаметно вытащить из нее складной ножичек. Нужно попытаться перерезать веревки.

На центр постамента выходит главный жрец. Он поднимает вверх посох с горящим красным камнем.

— Владыка, прими эту жертву, — произносит он зычным голосом. — Отведи беду от домов наших. Удержи тварей Поля за стенами нашими. Не допусти врага ни снаружи, ни изнутри. Пусть кровь неверных дарует тебе силы. Во славу твою, Владыка. Да воссияет в ночи свет твой, да прибудет с нами милость твоя. Наш дар — твоя воля.

Жрец направляется ко мне. В алом свете фонарей поблескивает сталь кривого ножа. Ноги подкашиваются. Не была б к столбу привязана — рухнула. До того страшно, что дыхание спирает.

Жрец ножик к шее моей подносит. Холодный металл прикасается к коже.

Маска жреца так близко, что в пустых глазницах вижу его злые темные глаза. Теперь уже только чудо спасет от погибели.

В этот момент замечаю за спиной жреца мужчину. Он поднимается на помост. Высокий, крупный. В темно-синем сюртуке. Смотрю на его лицо и замираю: к нам идет сам градоправитель — Горан Пламенев. Похоже, сейчас что-то будет.

Горан

Сижу над сводкой о ночных вылазках. На карте отмечены места, где мракорылы прорвались на территорию города. Нужно усилить в этих районах патрули, но, как всегда, вопрос: где брать людей?

Короткий стук в дверь. Не успеваю дать разрешение войти, как в кабинет врывается Ратимир — один из моих помощников. Бледный, взволнованный.

— Господин, пленников привезли. Жрецы проводят отбор.

Слова помощника звучат, как плевок в лицо. Откуда-то из-под ребер поднимается холодная злость.

— В обход меня? — не спрашиваю — констатирую.

Встаю из-за стола.

— Да, господин. Его Сиятельство Верховный жрец Велезар велел начинать без вас. Сказал: «Воля Чернобога не может ждать».

Дракон внутри меня пышет яростью и жаждет вырваться на волю, чтобы показать зарвавшимся жрецам их место. Они начали забывать, кто правит городом, а кто лишь проводит ритуалы во славу Владыки.

— Идем, — бросаю я. На ходу натягиваю камзол.

Спешно покидаю дворец. Ратимир подстраивается под мой шаг.

— Большой улов? — спрашиваю его.

— Точных данный еще нет. Визуально около ста пятидесяти человек. Возможно, две сотни.

Много. Я говорил: не перегибать палку. Снова придет нота протеста от Светозарского царя.

Выходим к храму. Слышен гул толпы. Дракон улавливает запахи чужаков.

Первое, что бросается в глаза — помост. К пяти столбам привязаны девушки. На каждой разорванная одежда, бледные плечи, поникшие головы, на груди начерчены ритуальные знаки. Верховный жрец Велезар заносит нож над одной из пленниц, готовый перерезать ей глотку.

— Стой, — рычу я.

Внутренний дракон беснуется от своеволия жрецов. Хочется убить их. Сжечь. Прямо тут — на площади. За то, что посмели распоряжаться чужими жизнями. Возомнили, что лучше меня знают, какое решение будет благом для города. Но приходится сдерживаться. Жрецы напрямую подчиняются Чернобогу, а Владыка не любит, когда его приспешников калечат без его ведома.

Велезар замирает с занесенным ножом. Медленно поворачивается ко мне, продолжая держать оружие. В движениях ни капли страха. За его спиной смыкается черная гряда младших жрецов. Белые маски безучастно взирают на меня, словно перед ними не градоправитель, а простолюдин, посмевший нарушить ритуал.