Онлайн книга «Любовь оборотня»
|
Серый сглотнул и вцепился в матрас. Знала бы его пади, как соблазнительно сейчас выглядит! Щёки порозовели от гнева, искры в глазах, прямые чуть оголившиеся плечи… — …за умные книжки усадили и по голове погладили, — продолжала Лея, не заметив, как напрягся Серый. — А мне уже не три года! Я девушка, между прочим, а ты на меня смотришь, как на несмышлёного кутёнка, и даже ни разу не поцеловал! Вот, значит, в чём дело! Серый подался вперёд, опрокинул Лею на дощатый пол и впился в губы поцелуем. Он не был нежным — Лея не заслужила, и сдерживаться он не собирался. Но, похоже, это её устраивало. Через минуту они оба уже не помнили, что ругались. Она таяла в требовательных, грубых, но всё же осторожных объятиях. Неуверенно отвечала на поцелуй, тянулась за добавкой и поскуливала, как кутёнок, если он отстранялся. Его руки нервно дёрнули шнуровку у ворота платья, и хлипкие тесёмки порвались, словно паутинки. А заодно почему-то разошлась и сама ткань. Треск заставил их отстраниться — ровно настолько, чтобы он успел задать вопрос: — Лея, пади моей волчьей души, согласна ли ты стать моей женой? Остальные слова ритуальной фразы были оборваны нетерпеливым: — Да! Серый подхватил Лею на руки, а она запоздало поняла, что всё это время бежала не от того и не туда. * * * Яков унёс Витару в комнату, осторожно опустил её на сдвинутые вместе кровати, потом вернулся к двери и запер на ключ. Витара не была глупой и понимала, что эдельвульфы их с Леей так не отпустят. Они слишком долго ждали их взросления, потом спешили следом за беглянками через половину континента — и едва успели. Поэтому лишь нервно сглотнула и приготовилась к неизбежному. Да, Яков всегда ей нравился, больше, чем кто-либо ещё, но от того парня на ярмарке её едва не стошнило — вдруг и теперь будет неприятно? — Ты чего? — по-собачьему хриплый и такой до боли знакомый голос Якова заставил улыбнуться. — Просто. Волнуюсь. — Почему? Витара провела рукой по жёсткой простыне, посмотрела в окно. — Знаешь, я ведь потеряла кулон, который ты мне дарил. У нас когда деньги кончились, мы продали почти всё. А твой кулон я берегла. Так жаль, что он пропал. — Этот? Вита резко обернулась. Яков держал за шнурок кулон — копию его волчьей ипостаси, которую он сам же и вырезал для неё из чёрной волчьей сосны. Волк скалился и мерно покачивался на шнурке, отчего казалось, что он вот-вот зарычит и прыгнет. — Позволишь? Яков присел рядом, надел украшение Вите на шею. Потом провёл ладонями по плечам, обнял её со спины. — Я волновался, когда ты пропала. Не заставляй меня больше бояться за тебя. — Прости, — Вита прерывисто вздохнула. От Якова шло тепло, такое домашнее и такое дикое. Это тепло волновало, будоражило, заставляло выгибать спину, чтобы прижаться в нему сильнее. Раньше Вита не замечала за собой подобных желаний. Как она могла так надолго расстаться с Яковом? Он ведь ей нужен. Как воздух, как крыша над головой, как надёжные стены вокруг. Она устала бежать от него — и от себя. Прозвучали слова волчьей клятвы. Витара зажмурилась — и согласилась. Яков не стал на неё набрасываться, как она боялась. Он провёл носом у неё по шее, рыкнул на ушко что-то нежное, легонько прикусил. Неожиданно для себя она тихо-тихо зарычала, когда руки Якова начали гладить и ласкать её сквозь одежду. |