Книга Любовь оборотня, страница 3 – Алла Гореликова, Галина Герасимова, Екатерина Сулименко, и др.

— Евангелина Семеновна, что-то случилось? — спросил он запыхавшись.

— Руки в ноги и бегом на трассу возле лесополосы.

— Это же…

— Уволю! — спорить с балбесом можно бесконечно, а реально он боится лишь одного — оказаться на улице.

— Уже лечу!

Приехал через пятнадцать минут, пригладил рыжие вихры, потянулся чтобы застегнуть рубашку, но узрел пса и присвистнул.

— Породистый. Леонбергер …

— Помоги погрузить его в машину. Да поживей!

— А? — парень окинул взглядом те самые семьдесят килограмм, лицо сделалось несчастным, — Ага…

На обратном пути вызвонила Аннушку, нашего незаменимого анестезиолога-ревматолога и ведущего специалиста по визуальной диагностике Павла Борисовича. Пришлось пообещать обоим сверхурочные и премию в конце месяца. Марк поник, придал мордахе обиженное выражение, взгляд сделал, как у побитой собаки и все это эмоциональное оружие в мою сторону направил.

— Вот станешь ведущим специалистом и тебе премию выпишу, а пока только сверхурочные.

— И то сахар, — заулыбался парень, и прислушался к лохматому пациенту. — Дыхание ровное, но слышно хрипы.

— Скоро приедем, — отвечаю, зорко поглядывая на дорогу, а у самой сердце колотится, хоть бы успеть, хоть бы он кровью не истек. Боженька, если ты есть помоги!

В клинике ждали только меня. Павел Борисович помог перетащить зверя в операционную. Аннушка воззрилась на зверюгу с неподдельным удивлением, даже лоб от усердия наморщила. Без пышной укладки она выглядела слегка простовато и несколько моложе своих тридцати.

— Кобель. Судя по состоянию зубов ему лет шесть. Порода э-э-э, леонбергер, наверное… Слушай, Геля они таким огромными не бывают! Максимум восемьдесят сантиметров в холке, а тут. Может это оборотень, а? — предположила Аннушка. Она отменный специалист, но вот эта ее любовь к фантастике и ко всяким вымышленным существам ставила меня в тупик.

— Сейчас это твой пациент, подготовь его к операции.

— Говоришь, ты его машиной сбила? — переспросил Павел Борисович, сунул в рот электронную сигарету и покачал головой. Мужчина бросал курить уже четвертый год, повсюду таскал за собой электронную дрянь, весь кабинет провонял, но приходилось мириться.

— Да, но я ехала не слишком быстро, а он будто с неба свалился…

— Раны для аварии нехарактерные, только передняя лапа сломана, ни ушибов нет, ни смещений.

— Так это же хорошо!

— Я не закончил, — мужчина выдохнул облако белого дыма, — на шкуре лохматого множество порезов и глубоких колотых ран. Уверен они появились ещё до того, как пес попал под колеса.

Сердце в груди похолодело, неужели лохматого пытались убить. Какой урод мог совершить такое? Собака — это же самое преданное существо, которое только можно представить, как вообще можно поднять на него руку.

— Готовимся к операции! — скомандовала и взглядом отправила Марка переодеваться и готовить инструменты.

* * *

Неделя пролетела незаметно, лохматого пришлось держать под капельницами, но зверь быстро шел на поправку. Я перечитала всю доступную информацию о леонбергерах, мой подопечных немного подходил под описание, формой ушей, окрасом, общим телосложением, но в тоже время отличался. Форма челюсти, рост, цвет глаз, будто совсем из другой породы. Для собаки он действительно выглядел слишком массивным.

— Привет Бродяга, — ласково говорю псу и легонько поглаживаю по лбу. Янтарные глаза наблюдают за каждым моим движением. — Как самочувствие? Не надоело валяться? — пес вздыхает.