Книга Любовь оборотня, страница 2 – Алла Гореликова, Галина Герасимова, Екатерина Сулименко, и др.

Заварила кофе, плюхнула туда коньяка. Глянула на развешанные по стенам изображения собак и кошек. Завести что ли и себе питомца? Кофе закончился бессовестно быстро. Я окинула взглядом приемную, заглянула даже под стулья для посетителей, провела пальцем по видимым поверхностям, исследовала смотровую, удовлетворенно кивнула и отправилась в операционную. Комната, выложенная белоснежной плиткой, сверкала чистотой. Инструменты находились в стерилизаторе. Клеёнка на хирургическом столе чистая, наконец-то, мне попалась порядочная уборщица, а то все предыдущие работали спустя рукава.

Нервное напряжение после неприятного разговора понемногу спало, потому я закрыла клинику и поехала домой. По пути решила сократить пусть через лесополосу, стрелки часов указывали на семерку, а мне ещё ужин готовить.

Небо усыпали звезды, из-за горизонта высунулась круглолицая луна. Птицы щебетали на всю округу, слышалось даже уханье сов, аромат хвои ласкал обоняние. Я сбавила скорость, чтобы насладиться запахом весны, даже на миг прикрыла глаза и вдруг что-то ударилось в стекло, будто с неба на машину свалилось. Лобовуха треснула, дворники отвалились. Сердце замерло, а вся спина покрылась иголками, я целую минуту сидела, пытаясь сообразить, что это было?

На негнущихся ногах вылезла из автомобиля, сделала два шага и замерла — посреди дороги лежал огромный пес. Рыжевато-черная шерсть сбилась комками, огромная пасть чуть приоткрыта, дыхание учащенное, будто зверь долго бежал.

— Откуда ты здесь взялся? — ахнула я и опустилась на землю рядом с животиной. Провела рукой по шерсти и почувствовала что-то влажное на пальцах, повернула ладонь к свету и увидела кровь. Комок застрял в горле.

Мысленно влепила себе оплеуху и побежала за аптечкой, привычка хранить при себе инструменты первой помощи, наконец-то пришлась кстати.

— Хороший мальчик, мне нужно тебя осмотреть, — ласково говорю псу, разматываю эластичную повязку, чтобы зафиксировать челюсти. После аварии у зверя шок, он запросто может тяпнуть, учитывая размер пасти, я могу остаться без руки. — Ты ж меня не тронешь, да? Я доктор, — воркую, как можно ласковее. — Если бы ты ещё знал, что такое доктор и почему нас нельзя есть, цены бы тебе не было.

Вдруг пес открывает глаза и взирает прямо на меня, глаза яркие, словно два осколка янтаря. А смотрит так, будто все понимает. И тут у меня начались слуховые галлюцинации на почве стресса, иначе объяснить не могу, но я отчетливо расслышала, как пес фыркнул, затем устало прикрыл глаза. Чем я и воспользовалась надежно спеленала его морду.

— Вот так, молодец, лежи спокойно! — говорю ему ощупывая кости.

Зверь застонал прям, как человек, но даже не дернулся. Обследовала его на наличие глубоких ран, обнаружила множество порезов, все они кровоточили, но смертельной опасности не представляли. Передняя правая лапа оказалась сломана, наложила шину и принялась исследовать брюхо. Я опасалась внутреннего кровотечения, но первых признаков не заметила. На всякий случай сделала перевязку грудной клетки и оглядела пострадавшего. Надо везти его в клинику, но как? Зверюга весит побольше меня, килограммов семьдесят, а в округе ни одной попутки.

Достала телефон, набрала помощника, тот мучительно долго не брал трубку. Пришлось проявить настойчивость, после десятого вызова Марк усовестился.