Книга Однажды я стала женой проклятого герцога: Змеиный Король, страница 86 – Вероника Десмонд

Боже мой, как много этих чувств… Стоило лишь заглянуть в светло-серые глаза, и сердце начинало биться, как сумасшедшее. Подумать только, я… обручена? Факт нашего обоюдного желания быть вместе принимался с таким неимоверным трудом… вот бы только не искать подвоха.

Подвоха нет. Не было и нет.

Рука Киллиана принялась гладить меня по волосам, как будто мужчина прочитал мысли и пытался успокоить. Я дотронулась до опухших, сухих губ, вспоминая вчерашнее. То, как Киллиан жадно меня целовал, прижав к стене. Поцелуи длились слишком долго. Так долго, что я думала: мне ничего не стоит задохнуться от кипящего в венах желания. А когда я начала обмякать в его руках, и мои стоны превратились совсем в неприличные звуки, меня с тихим вздохом поцеловали в нос и уложили на кровать, закутав в одеяло, словно в кокон. Тем самым ограждая меня или себя — было совершенно без разницы, я уснула почти сразу же.

А потом мне приснился этот дурацкий кошмар.

Я задумчиво пялилась в стену за спиной мужчины, понимая, что нужно озвучить одну важную мысль.

— Киллиан?

— Да, душа моя?

— Я хочу пойти на Рождественский Бал.

Его рука переместилась на спину, погладила лопатки. И по молчанию я уже знала его ответ — Киллиан совершенно не рад этому факту.

— Я не хочу, чтобы ты присутствовала на нем.

— Почему?

— В Валтиаре соберется практически вся элита Королевства — превосходный момент для покушения. Я практически уверен, что оно произойдет.

— Вы ведь не допустите появления Джонатана Кайдзена? — я нахмурилась, отклонившись назад и заглянув в его лицо. — Для снятия проклятия важна последовательность. На меня не будут охотиться, пока его высочество жив.

Киллиан не хотел говорить об этом. Его лицо стало одной холодной маской.

— Не допущу, — сказал он твердо после некоторой паузы. — Но и рисковать самым дорогим я не имею ни малейшего желания.

Киллиан поддел меня за подбородок, глядя прямо в глаза, прищурился. Он разглядывал меня так близко и так пристально, любовно убирая мои волосы с лица, что мое тело поневоле среагировало мурашками и трепетом.

— Но я готов исполнить любую твою просьбу, Ария. Только повтори то, что ты сказала вчера в Межлесье.

Киллиан наверняка понимал. Видел, что все во мне тянулось к нему.

— Я давно… — я сглотнула, почему-то ощущая тяжесть от столь острых и важных слов: — Я очень давно…

— Что давно? — Килиан смотрел в самую душу покоряющим взглядом.

Я взяла его ладонь в свою руку, разглядывая подаренное мною кольцо и ощущая, как неистово грохочет сердце в груди.

— Надеюсь, вам понравился подарок.

— Не то слово, душа моя. Но я хочу, чтобы ты сказала не это. Посмотри на меня.

Я вскинула на него взгляд и сказала искреннюю правду:

— Я уже очень давно влюблена в вас. Я… я люблю вас.

Киллиан прикрыл глаза, как будто смакуя сказанное на слух, пытался распробовать.

Следуя порыву, я обхватила его красивое лицо ладонями и прикоснулась к губам, прошептав слова любви еще раз. И еще. Лишь бы он услышал, лишь бы они дошли до самой сути.

Киллиан прижал меня к себе, притянув за шею. Его язык дотронулся до моего, вырывая из моего рта тихий стон. Поцелуй был влажный, горячий, но такой тягучий медленный, что я начала плавиться, будто мед на солнце.

— Я предупреждал тебя, Ария, — его голос хрипел. — Захочешь уйти и я не отпущу тебя. На следующий день после Рождества, мы поженимся.