Книга Акцентор, страница 33 – Вероника Десмонд

«Мой очаровательный ангел хочет поиграть?..»

Глубоко вздохнув, я переворачиваюсь на живот и нажимаю на кнопки пульта, чтобы включить «Нетфликс».

Я. Сказала. К черту. Его.

Мне абсолютно плевать на горящий след от его гребаных зубов на моей шее, который я едва умудрилась замазать консилером. Мне абсолютно наплевать на то, что после произошедшего я проснулась в своей кровати практически голая (спасибо, что оставил нижнее белье, подонок). И мне абсолютно наплевать на гору белых лютиков, заполонивших всю мою комнату.

Мой телефон вибрирует, будто издеваясь надо мной, и я не могу удержаться от того, чтобы не взглянуть на экран.

Социопат: Ты решила спрятаться от меня, ангел? Весьма глупый поступок, учитывая то, что я для тебя готовлю. Заинтригована?

Социопат: Не игнорируй меня, детка. Я расстраиваюсь *плачущий эмодзи*.

Глубокий вдох. Долгий выдох. Капли дождя барабанят по окну и отвлекают от грохочущего пульса. Погода в Эдинбурге сегодня пасмурная и унылая, но дружелюбный коридорный разжег для нас камин, создав в комнате особенно уютную атмосферу.

— Кстати, Эмма, как прошло твое свидание? – спрашивает Кэтти, удобнее устраиваясь на подушках. Серые глаза подруги прищуриваются. – Ты ведь ответила на приглашение?

Ее светлые волосы сияют, обрамляя красивое лицо. Вот кто действительно похож на ангела – Катерина. Понятия не имею, почему он дал мне такое прозвище.

Мой телефон снова вибрирует.

Социопат: Я купил тебе скрипку. Тебе нравится?

Перед моими глазами появляется инструмент с подчеркнутым светло-красным оттенком. Скрипка очень похожа на изделие Страдивари, но, конечно, он не будет тратить на меня десятки тысяч фунтов.

Мои пальцы дрожат. Зачем он делает это? Это что, какая-то извращенная система сталкерских ухаживаний?

Социопат: Советую ответить мне, прежде чем я решу перейти к менее приятным методам воздействия.

В нашу первую встречу он кончил мне на язык после того, как заставил меня отсосать его заряженный пистолет. Что, черт побери, значит менее приятным методам воздействия?

— Да, – Эмма зачерпывает целую ложку мороженого. – Но в последний момент решила не идти.

— Почему? – спрашиваю я. – Тебе же понравился Эндрю. Он милый, умный и имеет множество наград по поло. Сексуальный спортсмен в твоем вкусе, разве нет?

Эмма щелкает меня по носу.

— Еще и виконт, – добавляет Кэт. – Ты бы обращалась к нему «Мой Лорд»?

Теперь достается Катерине: Эмма кидает в нее синей подушкой и морщится, как от зубной боли.

— Иисус Христос, нет. Я не буду изменять Волан-де-Морту.

— Просто признайся: ты все еще питаешь надежды выйти замуж за Гарри Стайлза.

Эмма отмахивается от меня и закатывает глаза.

— Вы не будете такими саркастичными, когда я получу его фамилию. И знайте, я выберу самый отвратительный цвет платья подружек невесты… Какой-нибудь лимонно-оранжевый.

Мы смеемся, когда на экране телевизора появляется Бриджит со своим списком «Никогда больше». Ну что ж, я присоединяюсь к этой иконе и отныне вхожу в свой собственный личный список, где первым пунктом будет «Я больше никогда не подумаю о нарциссическом подонке с манией величия».

— Мы одиноки в восемнадцать лет, – вздыхает Кэтти. – Разве это не печально?

— Технически тебе еще семнадцать, – напоминает Эмма, улыбаясь. – Что за меланхолия, Катерина? Ты снова проходишь фазу Остин?