Книга Рождество по чужому рецепту, страница 9 – Синди Лу

— Дождись, пока я разожгу огонь.

Итан положил поленья на пол у очага. Я взяла старые газеты и молча кинула их к дровам.

— Спасибо.

Я почти забыла о холоде, наблюдая за тем, как он разжигает огонь. Было что-то гипнотическое в том, как он скомкал газету и положил её на дно камина, аккуратно сложил поленья домиком и поджёг.

Минута — и пламя разгорелось, перекинувшись на дрова. Золотые блики коснулись лица Итана, и на секунду мне показалось, что кто-то отмотал время назад. Исчезла его ухмылка и надменность, и передо мной сидел тот самый Итан, которого я знала в детстве.

Он вдруг поднял голову и посмотрел прямо на меня, второй раз на вечер поймав на том, что я разглядываю его. Я отвела взгляд и схватила штопор. Чтобы пережить сегодняшнюю ночь, мне точно понадобится вино.

— Придётся спать у камина. — Итан нарушил молчание первым. — Встань, я подвину диван к огню.

Я послушно поднялась, прижимая к себе бутылку вина. Итан переставил к камину сначала столик, а потом и диван — так быстро и легко, будто они ничего не весили.

— Грейся, я схожу наверх, поищу что-нибудь тёплое.

Я устроилась на диване, скрестив ноги по-турецки. Через несколько минут вернулся Итан с чем-то непонятным в руках. Он сел рядом со мной и положил мне на плечи стёганое одеяло, а сам накрылся тонким, колючим пледом. Я развернула фольгу и отдала один сэндвич Итану.

— Я не голоден, — быстро отказался он, и именно в этот момент у него заурчал живот.

— Громче, чем мой пикап. Ешь.

Он секунду колебался, но потом сдался, и привычное равнодушие в его взгляде сменилось усталостью.

— Спасибо. Ты же его не отравила? — спросил он уже с набитым ртом.

— Скоро узнаешь, — я подавила смех и, откусив кусочек сэндвича, чуть не застонала. Как же я была голодна.

Итан тоже ел жадно, забыв о манерах и роняя крошки на чёрное пальто. Было странно видеть его таким, как в детстве. Я достала из сумки термос:

— Чай? Или может вино?

— Чай, — ответил Итан и вдруг резко дёрнулся, чуть не выронив остатки сэндвича.

— Что? Кто-то идёт? — прошептала я, чувствуя, как сердце заколотилось быстрее от страха.

— Нет, там мышь.

И правда, в углу комнаты, из-за какой-то коробки высунулась маленькая серая мордочка с глазами-бусинками. Мышь дернула носом, но убегать не собиралась.

— Господи, Хансен, — фыркнула я, глядя на то, как восемнадцатилетний парень вжимается в диван. — Ты что, боишься двадцатиграммового грызуна?

— Они переносят заразу.

— Как и эти пыльные пледы. Мы вторглись в её дом, вообще-то.

Я отломила кусок сэндвича и, игнорируя Итана, который явно считал, что я не в себе, бросила его в угол. Мышонок схватил угощение и тут же юркнул обратно в темноту.

— Приятного аппетита, малыш, — сказала я, отряхивая руки, и повернулась к Итану. — Ты же не собирался выгонять её в такую погоду? Это было бы бесчеловечно.

— Как бы я посмел, — усмехнулся он. — Значит, нужно стать мышью, чтобы заслужить твою симпатию?

Всего-то нужно не быть надменным лжецом.

Я сделала ещё несколько больших глотков из бутылки и поставила её на стол. Итан потянулся за ней и случайно коснулся моей руки. Его пальцы были ледяными, но это прикосновение обожгло меня. Я резко дёрнулась, едва не опрокинув вино, и мысленно отругала себя за эту реакцию.

Итан сделал вид, что ничего не заметил, глотнул вина, поморщился и протянул: