Книга Развод: ты назвал меня базарной бабой?!, страница 84 – Ева Рейн

Первым побуждением было ответить резко, одной фразой разрушить эту уверенность. Людмила даже начала набирать, потом остановилась и стёрла написанное. Она не собиралась разбираться с Вероникой через случайные сообщения и не хотела ещё раз впускать чужие объяснения в свою квартиру. Спросила, какое отношение та имеет к возврату денег рынка и что именно предлагает обсудить. Вероника ответила, что хочет прекратить вражду и поговорить по-человечески, прежде чем всё окончательно испортится.

Людмила согласилась на встречу в городе, в дневное время. Написала, что готова выслушать, но требования о возврате средств не связаны с тем, с кем Геннадий живёт, и заранее отказываться от них она не будет. После отправки убрала телефон и закрыла кабинет. У входа её догнала Галина с вопросом о завтрашней доставке, и Людмила остановилась, чтобы ответить. На этот вечер у неё уже были собственные планы, а разговор с Вероникой предстояло провести тогда, когда они обе согласуют время.

:. В тексте около 4700 слов; однофразных абзацев нет.

Вероника выбрала столик у окна, откуда было видно вход в кафе. Когда Людмила подошла, она уже убрала телефон в сумку и повернулась всем корпусом, словно готовилась к разговору, в котором важно сразу показать внимание. На ней было светлое платье с короткими рукавами, волосы лежали на плечах ровными прядями, рядом с чашкой стоял почти нетронутый стакан воды. Людмила заметила всё это без прежнего болезненного сравнения с собой. Ей было жарко после дороги, хотелось сесть, выпить воды и понять, ради чего её пригласили в последнюю неделю июня.

Они не сразу нашли удобный для обеих день, и за время переписки у Людмилы почти исчезло желание объяснять Веронике что-либо сверх уже сказанного. Она согласилась выслушать, предупредила, что требования о возврате денег не обсуждаются как условие чьего-то семейного спокойствия, и на этом остановилась. Теперь села напротив, положила сумку на свободный стул и заказала чай. Вероника спросила, как доехала, заметила, что на улице наконец настоящее лето, а затем замолчала, ожидая ответной любезности. Людмила поблагодарила официантку за воду и сказала, что у неё около часа.

— Я не собираюсь отнимать у вас весь день, — ответила Вероника. Она слегка пододвинула чашку, освобождая место перед собой, хотя ничего раскладывать не намеревалась. — Мне просто кажется, что мы обе устали от происходящего. Геннадий тоже устал. Наверное, пора найти способ закончить это без дальнейших потерь.

Людмила спросила, какой способ та предлагает. Вероника заговорила о разводе, о том, что взрослые люди иногда перестают быть счастливы вместе, о невозможности заставить мужчину любить по обязанности. Она старалась говорить мягко, не произносить ничего откровенно обидного, и от этого разговор становился ещё утомительнее. Людмила слушала женщину, которая видела её дважды в самые тяжёлые дни и теперь объясняла, что происходило в её браке. За окном мальчик тянул мать к витрине с мороженым, официантка расставляла приборы на соседнем столе, и всё вокруг продолжало жить обычным дневным порядком.

— Я не просила заставлять его любить меня, — сказала Людмила, когда Вероника закончила длинную фразу о праве на новую жизнь. Собственный голос прозвучал спокойнее, чем она чувствовала себя внутри. — Я требую вернуть средства, которые он взял из рынка. Что вы предлагаете по этому вопросу?