Книга Измена. Ты выжгла мне душу, страница 69 – Мария Мендес

Она помолчала, собираясь с мыслями.

— Я знаю, это эгоистично с моей стороны — просить вас после всего, что произошло. Но если вы подадите заявление... это разрушит его жизнь окончательно. А я всё ещё надеюсь, что однажды он вернётся... Что признает Артёма.

Я слушала её, и странное чувство наполняло меня — смесь сострадания к этой женщине, которая, несмотря на предательство, всё ещё верила в лучшее, и горечи от осознания, каким человеком оказался Назар.

— Я не собиралась подавать на него заявление, — тихо сказала я. — Несмотря на то, что произошло, я не хочу разрушать его жизнь.

Облегчение на её лице было таким искренним, что я почувствовала укол вины. А ведь Руслан настаивал на том, чтобы Назар понёс наказание.

— Спасибо, — выдохнула она. — Я знаю, вы не обязаны...

— Но я считаю, что он должен признать своего сына, — перебила я её, глядя на спящего малыша. — Сделать тест ДНК, если он сомневается, и взять на себя ответственность.

Елена кивнула, в её глазах блеснули слёзы.

— Я пыталась его убедить. Много раз. Но он... упрямый.

— Я могу поговорить с ним, — неожиданно для себя самой предложила я. — Сейчас, после того, что случилось, возможно, он будет более склонен к разговору.

Она посмотрела на меня с удивлением и благодарностью.

— Вы бы сделали это? После всего?

Я сама не до конца понимала, что движет мной. Может быть, желание дать шанс маленькому мальчику, который ни в чём не виноват. Может быть, стремление закрыть эту главу своей жизни окончательно, поставив в ней все точки.

— Да, — решительно сказала я. — Я поговорю с ним.

Мы провели ещё полчаса, обмениваясь историями о наших детях, о радостях и трудностях материнства. Несмотря на обстоятельства нашего знакомства, я чувствовала к Елене странную симпатию. Она была сильной женщиной, которая несмотря на все трудности, продолжала верить в лучшее.

Когда мы прощались, я взяла её номер и пообещала связаться, как только поговорю с Назаром. На душе было тяжело, но в то же время я чувствовала странное облегчение — как будто, помогая ей, я помогала и себе отпустить всю эту историю.

* * *

Назар ответил на звонок почти сразу, его голос звучал настороженно.

— Вера? — в его тоне смешались удивление и страх. — Я не ожидал...

— Нам нужно поговорить, — прервала я его. — Не о нас. О Елене и твоём сыне.

Повисла тяжёлая пауза.

— Ты... встречалась с ней? — наконец спросил он.

— Да. И видела Артёма. Он очень похож на тебя, Назар.

Он глубоко вздохнул на другом конце линии.

— Вера, этот ребёнок не мой. Лена просто не смогла смириться с расставанием и решила любой ценой меня удержать. Я ей не верю. Этот мальчик... он не может быть моим.

— Ты можешь сделать тест ДНК, — твёрдо сказала я. — Это не так сложно. И если он подтвердит отцовство, ты должен взять на себя ответственность. Ради сына, не ради Елены.

— Почему ты делаешь это? — в его голосе звучало искреннее недоумение. — После того, что я...

— Потому что ни один ребёнок не должен расти без отца, — ответила я просто. — Я знаю, каково это — расти без отца. И не хочу, чтобы Артём прошёл через то же самое.

Назар молчал так долго, что я подумала, не оборвалась ли связь.

— Я... подумаю, — наконец сказал он. — И Вера... прости меня. За всё. Я был не в себе в тот вечер, но это не оправдание.