Книга Секретный ингредиент Маргариты, страница 167 – Лия Джей

Мама кинулась меня спасать. Она попыталась оттащить отца назад, но с ее хрупким телосложением сделать это было сложно. Кажется, отец заехал ей локтем по лицу, на секунду отвлекся на ее всхлип, и мне удалось ударить его ногой в живот.

— Дрянь бессовестная! Как ты смеешь⁈ — зарычал он, попытавшись опять на меня наброситься.

Маме удалось схватить его за руки и не дать ко мне приблизиться.

— Милый, дорогой, успокойся, — лепетала она. — Исправит она эту тройку. Я поговорю с учителем, если что. Даст ей дополнительное задание.

— Пусть учится сразу все делать на отлично! Исправить каждый дурак сможет. Убери от меня руки!

— Только не трогай Марго, — взмолилась мать, — пожалуйста, Сереженька.

— Я сам разберусь, что мне делать со своим ребенком!

Он развернулся ко мне, схватил со стиралки полотенце и ловким движением скрутил его в трубочку. Я смотрела то на вены, пульсирующие на его запястье, то на красные пятна, от гнева уже спустившиеся с лица на шею. Казалось, изо рта у него вот-вот пойдет пена.

Убрав от глаз мокрые волосы, я гордо вскинула голову.

— Давай, ударь меня! Ты ведь это любишь, папуля, повышать свою самооценку, издеваясь над слабыми?

Я не успела проследить, как полотенце разрезало воздух и хлестнуло меня по плечу. На следующее утро там образовалась алая полоса с синими подтеками.

— Сережа, прекрати! Я вызову полицию!

— Что ты сказала? — он развернулся к матери, отбросив полотенце на пол. — Против мужа пойдешь?

— Ты что с ребенком делаешь? Чокнутый!

— Рот закрой!

Он вмиг оказался рядом с мамой и сжал ее рукой за горло. Я услышала гулкий звук удара головы о стену.

— Что, защищаешь ее? — отец приподнял ее, как тряпичную куклу. Мама едва касалась пола кончиками пальцев.

— Отпусти, Сережа, мне больно!

— А мне не больно видеть, как она сосет из меня силы и деньги? А в обмен что? Никакой благодарности! Упырь сраный!

Я прислонилась спиной к дверному косяку. Сердце готово было выпрыгнуть из грудной клетки.

— Она же твой ребенок! Как ты можешь так с ней обращаться? — мать попыталась рукой ослабить его хватку, но отец был сильнее.

— Вот именно, ребенок! Пусть знает свое место! И ты знай! Дура!

Он с ненавистью сдавил ее шею, и в этот момент мы с мамой пересеклись взглядами. Два загнанных зайца в вольере с охотничьим псом. Пытаясь схватить ртом воздух, мама едва заметно кивнула мне в сторону коридора, и я сорвалась с места. Слышала, как отец помчался за мной, осыпая нас с мамой ругательствами. Я еле успела забежать в его кабинет и повернуть ручку, защелкнув замок. Кабинет — не считая туалета и ванной — был единственной комнатой в квартире, которая закрывалась. Отец долбил дверь так, что я боялась, еще чуть-чуть, и она слетит с петель. Забившись в дальний угол, я просидела там часа два, захлебываясь слезами.

Отец лишил меня интернета, сладкого и любых развлечений на месяц, а мать на следующее утро пошла на работу в водолазке с высоким горлом и толстым слоем тонального крема под левым глазом.

Зато ту четверть я закрыла на отлично. За всю школу у меня не было ни одной четверки среди итоговых оценок. В вузе тоже. Я всегда была идеальна.

До того злополучного дня, когда моя двойная жизнь перестала быть тайной.

— Каблукова!

Хмурясь, я отрываюсь от ноутбука и бросаю взгляд в окно. Мне показалось, что голос Королевой донесся оттуда, но этого не может быть. Похоже, пора устроить перерыв, а то мозг уже плавится от учебы.