Книга Секретный ингредиент Маргариты, страница 110 – Лия Джей

Цепляюсь взглядом за отвернутый уголок покрывала. Оттуда выглядывает кремовая простынь. Как и весь дом, комната светлая, с деревянными балками, отделяющими спальный уголок от рабочего. Тяжелые шторы почти полностью закрыты. Через узкую щель видно крыши домов напротив и яркий диск луны над ними. Из-за светового шума небо кажется багровым. Как розы, которые мне дарил Паша весь этот месяц.

Подхожу к нему и медленно провожу рукой по плечу.

— Зачем тебе нужен был этот шанс?

Чтобы узнать меня получше, влюбить в себя и сделать своей настоящей девушкой? Или чтобы просто затащить в постель? Только чуть позже, чем предлагал Миша.

— Чтобы ты стала моей.

Воронцов обхватывает меня за бедра и притягивает к себе. С обожанием смотрит снизу вверх. Внутри у меня все сжимается, уменьшается до размера крошечной частички и взрывается ярко-розовым салютом. Сердце бьется с неистовой силой. Меня пьянят его слова, но я все еще не могу понять, что именно они значат.

Стать его навсегда? Или на одну ночь?

Воронцов стирает последние миллиметры между нами. Легонько касается носом моего живота. Сквозь тонкую ткань я чувствую его горячее дыхание.

Да к черту разум! Я устала думать. Устала быть прилежной, рассудительной Марго! Я приехала, чтобы оторваться напоследок, и я это сделаю. Текила, твой выход!

Хватаю Воронцова за плечи и толкаю его на кровать. Нависаю над ним. Учащенное дыхание. Искры безумия в глазах. Поцелуй. Жадный, неистовый. Его губы мягкие, как лепестки роз, и пленительные, как сироп. Я тону в его объятьях. Чувствую, как рука скользит по моей спине, норовя снять топ. Не то чтобы я против, но…

— А если кто зайдет?

Воронцов закусывает губу. Нехотя встает с кровати и поворачивает замок на двери. Везет же некоторым! У меня в комнате никогда не было щеколды. Даже просто прикрывать дверь было строго-настрого запрещено. Ведь так отец не смог бы контролировать, чем я занимаюсь. Не был бы уверен, что я учусь, как правильная домашняя девочка, а не «страдаю фигней».

Вот только я никогда не была правильной.

— Трахни меня, Воронцов.

Паша на секунду замирает, а в следующую уже обхватывает меня за талию. Скользит языком по губам, углубляет поцелуй. Его прикосновения и пряный запах дурманят голову. Горячие пальцы оставляют на коже искры. Те прожигают ее насквозь, вызывая мурашки, а затем иголочками прошивают все тело. Скапливаются внизу живота. Я довольно улыбаюсь. Откидываю голову, позволяя Паше покрыть поцелуями шею. Он прикусывает мочку уха, проводит по нему языком. Антон никогда так не делал. Странно, но чертовски приятно.

— Это все по-настоящему? — шепот обжигает.

— Нет, конечно, — смеюсь. — Завтра ты проснешься и поймешь, что все было сном.

— Тогда это будет лучший сон в моей жизни.

Паша заставляет меня приподняться. Стягивает с меня топ, убирает с груди светлые локоны. Когда на нее опускаются ладони, я вздрагиваю. Пальцы медленно изучают тело, скользят вниз, расстегивают розовые брюки. Я снимаю их сама. Во взгляде Паши столько дикого желания, что я не удивлюсь, если он их разорвет. Скажет еще потом: «Все, ты больше не моя девушка, ущерб возмещать не буду».

Что-то звякает об пол. Кажется, это мой браслетик. Да, его нет на ноге. Хочу поднять талисман и хотя бы положить на тумбочку, чтобы забрать утром, но Воронцов целует меня, и я обо всем забываю. Подтаскивает меня к изголовью кровати. Дорожкой поцелуев спускается от губ к низу животу. Оттягивает рукой резинку стрингов. Благо, я додумалась надеть красивые. Те самые черные из комплекта, который Воронцов «подарил» мне в кафе. Похоже, он их узнает, тихонько усмехается.