Онлайн книга «На изломе алого»
|
У Игната от радости закричало сердце, едва он увидел любимые черты. На лице парня расцвела улыбка, от которой тысячи девчонок еще сойдут с ума, но принадлежать она будет всегда только одной. Только ей. Его сероглазому Алому. Однако серые, пустые глаза скользнули по нему невидящим взглядом и закрылись. Он никак не мог ожидать, что она вдруг отвернется и сделает несколько шагов. Вновь споткнется и простоит так томительные секунды, пока пакет не выпадет из рук, а у ног разольется молоко. — Алька! Он помнил о предупреждении Генриха, но не мог не идти к ней, повторяя ее имя. Она вдруг стремительно обернулась, схватилась рукой за воротник у горла, вздохнула, силясь что-то сказать… и не смогла. Распахнутый взгляд застила пелена, губы задрожали, а в глазах встали слезы. Лицо всегда сильной Сашки исказила такая боль, что последние разделяющие их метры Игнат пробежал. Ослабевшие ноги подкосились, и она упала бы, если бы он не удержал. Не обнял крепко, прижав к себе. — Это я, Алый. Я! — Ты… - только и смогла выдохнуть. – Ты… Он прижимал ее к груди, гладил волосы. Стянув с головы шапку, зацеловывал любимое лицо, а слезы все катились из глаз. Соленые и горькие, непролитые за столько лет, они блестели на щеках, и Игнат чувствовал губами их вкус. Горечь невысказанной тоски, оплётшей измученное сердце его Альки, и сладкий вкус радости, возвращающий к жизни. Сашка плакала, а пальцы впивались, цеплялись за крепкие плечи… — Пух, как ты мог меня оставить? Как ты мог?! Ты ведь сказал, что я больше не одна, а сам… — Не мог, Алечка. Не мог! …целовала шею, подбородок, губы. Гладила скулы. Она спрятала лицо на его груди, прижалась щекой, и теплая ладонь легла на девичий затылок. Эти двое наконец-то встретились. И снова было дыхание на коже и пальцы в волосах. Теплая, хрупкая, уже не стальная Алька в сильных руках Игната. — Игнат, я ведь умерла. — Ну что ты такое говоришь. — Правду. Теперь я знаю, что жизни после смерти не существует. Жизни без тебя не существует. Не оставляй меня больше никогда. — Не оставлю! В его глазах тоже стояли слезы, но на губах цвела улыбка. Как же она ей нравилась, всегда нравились ямочки на смуглом синеглазом лице и белозубое счастье, живущее в соседском мальчишке. Сашка подняла голову и провела по его губам пальцами. Прикоснулась нежно к лицу. — Пух, это ты. Это на самом деле ты! – снова прижалась к нему, закрыв глаза и крепко обняв за шею. – Но я же видела, как в тебя… — Не вспоминай, - он успокоил ее поцелуем. – Не надо. Я не мог умереть, потому что у меня есть ты – мой Алый. Я знал, что ты не забудешь. — Игнат! — Алька! Он обнял ее за талию, собираясь поднять, закружить от нахлынувшего счастья встречи, но она остановила его внезапным: — Осторожнее! … и парень вдруг замер, распахнув глаза, и девчонка тоже. Они уставились друг на друга, говоря взглядами. — Аля, ты что? – Игнат сглотнул волнение, когда она взяла его ладонь и приложила к своему животу. – Ты ждешь ребенка? Сашка еще не успела ответить, а в синих глазах уже плескалось море чувств, от изумления до радости. Он все понял без слов. — Неужели это правда, Аля? – задохнулся от новости. - И ты скоро станешь мамой?! — Да, Пух. Почти пять месяцев уже, - Сашка улыбалась сквозь слезы и сама смущенная. – А ты папой, - потянувшись, ласково отвела длинную челку со лба парня. - Мне кажется, мы зачали его на крыше, когда ты спас меня, помнишь? – сказала. - В тот день ты был моим хранителем. Ты всегда им был, Пух. И моими крыльями. |