Книга Розовый космос Розы, страница 38 – Ада Николаева

— Я предлагаю поступить разумно исходя из сложившейся ситуации, — произнёс он, уставившись на меня с другой стороны тоннеля.

Лейтенант изобразил что-то наподобие улыбки, пытаясь меня успокоить. Но я-то знала, что спокойствием тут и не пахнет.

— Я сейчас же приползу к тебе! — «Если уж тонуть, то всей командой».

— Не сметь, кадет Росс, — прорычал он. — Оставайся на месте, и чтобы ни звука! Они не должны тебя обнаружить. Обещай мне.

Я промолчала, тогда Нирон повысил голос:

— Обещай!

Я еле заметно кивнула. Парень следил за мной с той стороны отсека и знал, что этим жестом я дала ему своё безмолвное согласие.

— Я горжусь тобой. — В его речи послышалось облегчение. — Никто не сделал сегодня для спасения «Титана» столько же, сколько ты, Роза.

Он уже собирался перекрыть проход решёткой, когда я выпалила:

— Винтовка! Убери винтовку. Если они увидят в руках оружие, то сразу тебя прикончат. Без неё у тебя хотя бы будет шанс остаться в живых…

Нирон ласково усмехнулся и принялся устанавливать железяку на место.

«Только бы они взяли его в плен», — взмолилась, глядя на разрезанное металлическими прутьями изображение лица лейтенанта.

— Прости за утро. Я правда хотел как лучше, — бросил он напоследок, отстранившись от решётки.

Больше я не видела его лица.

— Я тебя прощаю… — прошептала, прислонившись спиной к стене, чтобы не видеть, что произойдёт за ней дальше.

А уже в следующее мгновение раздался взрыв, сотрясший крейсер. Стальной заслон пал.

После оглушительного грохота настала тишина, и лишь звук обрушившихся наземь дверей спустя полминуты после взрыва вернул меня в реальность. До этого я отказывалась верить, что всё это происходит наяву.

«Нирон!» — казалось, он даже больше меня не бесит.

Я боялась за жизнь лейтенанта, как за свою собственную, и, не раздумывая, поменялась бы с ним местами, будь это возможно. Сердце было готово выпрыгнуть из груди, так что я крепко сдавила в кулак край майки, напрочь позабыв о боли в распухших конечностях. Прислонилась к проёму в стене и прислушалась, с трудом контролируя себя, чтобы не заползти внутрь тоннеля и не вышибить решётку с другой стороны прохода. Я обещала Нирону сидеть тихо, но с каждой секундой сдержать слово становилось всё сложнее. Мне стоило дюжих усилий просто слушать и ничего не предпринимать.

Я уловила шаги. Множество тяжёлых ботинок, стучащих подошвами о железный пол отсека, за которыми последовал холодный мужской голос:

— Лейтенант Креос, вы проделали впечатляющую работу, — это говорил мой отец.

Замершие лёгкие вновь заработали. Я выдохнула полную грудь воздуха, вместе с ним наружу вышла вся тяжесть и тревога, скопившаяся внутри.

— Не я один, — ответил отцу Нирон. — Без помощи Розы я ни за что не справился бы.

— Где сейчас моя дочь? — поспешил узнать адмирал Росс, чем вызвал у меня покалывания вверху желудка.

«Отец волнуется», — подметила я.

Но не его беспокойство обо мне грело душу, а то, что теперь жизни Нирона ничто не угрожало, как, впрочем, и жизням всех остальных членов экипажа «Титана». Офицеры флота опередили Брохонов. Значит, мы справились, и всё было не напрасно.

— Она с другой стороны отсека, за той дверью. — Я не видела лейтенанта, но почувствовала взгляды, направленные на меня сквозь толстую стену.