Книга Цена невинности, страница 64 – Любовь Черникова

Такое чувство, будто внутри взорвалась долбаная радуга!

Задохнувшись, инстинктивно прикрываю веки в ожидании поцелуя. Вот-вот… Мне кажется, я уже чувствую его тепло и дыхание на коже, но, когда открываю глаза, рядом больше никого нет.

Рейн фон Аделхард исчез, словно и не было… Гад!

Нестерпимо хочется убраться подальше. Вернуться в пентхаус и спрятаться под одеяло с головой – только там я смогу снять все маски и немного побыть обиженной маленькой девочкой, но идти на поводу у собственной трусости не в моих правилах.

Как ни в чем не бывало я возвращаюсь в нашу ячейку, чтобы попрощаться с Дереком и его приятелями. Все уже в сборе, сидят за столом, словно и не уходили. О жарких танцах свидетельствуют раскрасневшиеся лица, да губы, жадно тянущие напитки через трубочки.

— Ари, как тебе праздник? – спрашивает Риона Олла.

— Придешь на закрытую вечеринку во вторник? – испытующе смотри на меня Айрон Мэд.

— Спасибо, неплохо, а насчет вечеринки подумаю, – поблагодарив ребят за радушный прием и приятный вечер, поддавшись порыву, чмокаю в щеки Дерека и Нолу, я все же ухожу.

Удивительно, но мне не задают вопросы по поводу того, что творилось на танцполе, лишь уговаривают наперебой остаться.

— Спасибо, ребята, но мне правда пора, – машу остальным на прощание и покидаю ячейку.

Мне не приходится продираться сквозь толпу, люди передо мной расступаются, точно волны, пропуская к выходу.

Одиночество часто посещало меня с тех пор, как отец забрал нас с Кантры. Ночуя одна в огромной комнате, я часто не могла уснуть. Но человек ко всему привыкает. Я давно привыкла к одиночеству и не чувствовала дискомфорта наедине с собой, но сегодня это чувство словно обрело новые силы, и теперь царапало душу острыми когтями.

Лежа без сна, я таращилась в потолок, пока хаотичные мысли играли в мозаику моими воспоминаниями.

Надо же! Каких-то полчаса назад я просто тусовалась с одногруппниками, и это еще не самое дикое. Дикость, что я и навозник танцевали как долбаная парочка! Но острее всего было воспоминание о том, как Рейн обнял меня, словно… Словно я представляла для него ценность.

Могу ли я быть дорога фон Аделхарду?

Нет, это нонсенс. Контракт для него – это месть. Так он хочет выместить застарелые обиды, не более. Я в этом уверена…

Но отчего тогда мысли то и дело возвращаются к нему и к сказанным им словам? К его поведению рядом с Итаном? Рейн будто бы ревновал. Он сказал, что его имя меня защитит, но разве Арелия Кастильеро нуждается в защите?

Я зло перевернулась на другой бок и изо всех сил зажмурилась, будто бы это могло помочь выдавить мысли о Рейне из головы.

Сегодня мы виделись дважды и каждый раз были на грани, готовые взорваться от эмоций. В клубе Рейн тщательно пытался скрыть свои желания, но я-то почувствовала, что он едва держит себя в руках!

И, побери Астрал, мне это понравилось!

Я вскочила на постели с колотящимся сердцем.

Напрашивался вполне логичный вывод – мой муж неравнодушен ко мне, как бы я к нему не относилась. И дело здесь не в мести или ненависти, как я изначально полагала.

А что, если… Нет! Но… Может, стоит попробовать… договориться?

Закусив до боли губу, гляжу в панорамное окно на никогда не спящий город.

Ну уж нет! Не пойду я к нему первой! В конце концов он снова надрал мне сегодня задницу в прямом смысле, и я это ему не прощу!