Книга Покой нам только снится, страница 93 – Анастасия Рафаенко

— Па­ра­граф сем­на­дцать, – про­из­но­сит Ли Юань, не под­ни­мая го­ло­вы, – снаб­же­ние се­вер­ных гар­ни­зо­нов че­рез част­ные под­ря­ды. Ма­туш­ка на­ста­и­ва­ет на на­цен­ке в две­на­дцать про­цен­тов.

— Де­сять, – па­ри­рую, не от­ры­ва­ясь от соб­ствен­но­го свит­ка. – Две­на­дцать – это гра­беж, да­же ес­ли гра­би­тель – гла­ва круп­ней­ше­го тор­го­во­го до­ма и по сов­ме­сти­тель­ству те­ща Наслед­но­го Прин­ца.

— Ма­туш­ка ска­за­ла, что де­сять – это «оскорб­ле­ние ком­мер­че­ских прин­ци­пов, на ко­то­рых зи­ждет­ся про­цве­та­ние Ве­ли­кой Янь».

— Ма­туш­ка ска­за­ла так, по­то­му что она все­гда на­чи­на­ет с две­на­дца­ти, рас­счи­ты­вая стор­го­вать­ся до один­на­дца­ти. Став­лю де­сять, пусть вы­тор­гу­ет еще пол­про­цен­та и счи­та­ет се­бя по­бе­ди­тель­ни­цей. Все до­воль­ны, каз­на эко­но­мит че­тыр­на­дцать ты­сяч ля­нов в квар­тал, ма­туш­ка по­лу­ча­ет мо­раль­ное удо­вле­тво­ре­ние.

Ли Юань под­ни­ма­ет го­ло­ву. В тем­ных гла­зах – уста­лость, ам­мор­ти­зи­ро­ван­ная при­выч­кой к во­сем­на­дца­ти­ча­со­вым ра­бо­чим дням, и то са­мое теп­ло, ко­то­рое год на­зад пря­та­лось за мас­кой невоз­му­ти­мо­сти, а те­перь го­рит от­кры­то, не та­ясь, как фо­нарь в окне до­ма, ку­да воз­вра­ща­ют­ся не по обя­зан­но­сти, а по вы­бо­ру.

— Ты толь­ко что обыг­ра­ла соб­ствен­ную мать в три хо­да.

— Ма­туш­ка обу­чи­ла ме­ня все­му, вклю­чая так­ти­ку пе­ре­го­во­ров с со­бой. Это на­зы­ва­ет­ся «ин­ве­сти­ция в бу­ду­щее». Я уве­ре­на, что она гор­да.

Ли Юань усме­ха­ет­ся, от­кла­ды­ва­ет сви­ток и про­тя­ги­ва­ет ру­ку че­рез стол, на­кры­вая ла­донь, ко­то­рая вы­во­дит на по­лях бюд­жет­но­го от­че­та мел­кие по­мет­ки. При­кос­но­ве­ние – при­выч­ное, теп­лое, ли­шен­ное це­ре­мо­ни­аль­но­сти и пол­ное то­го про­сто­го, негром­ко­го сча­стья, ко­то­рое не впи­сы­ва­ет­ся ни в один при­двор­ный про­то­кол.

— Ты не спа­ла двое су­ток, – го­во­рит Ли Юань, и в го­ло­се – не упрек, а кон­ста­та­ция, та са­мая, ко­то­рой гла­ва Тай­ной Ст­ра­жи фик­си­ру­ет фак­ты: хо­лод­но, точ­но, без лиш­них эмо­ций, и при этом – с за­бо­той, ко­то­рая слы­шит­ся не в сло­вах, а в па­у­зах меж­ду ни­ми.

— Ре­фор­ма та­мо­жен­ной си­сте­мы не тер­пит от­ла­га­тельств. Кон­тра­бан­да на юж­ных марш­ру­тах вы­рос­ла на де­вять про­цен­тов по­сле...

— Кон­тра­бан­да вы­рас­тет еще на две­на­дцать, ес­ли гла­ва Ми­ни­стер­ства Фи­нан­сов сва­лит­ся от недо­сы­па пря­мо на за­се­да­нии Со­ве­та. Пред­ставь за­го­ло­вок в сто­лич­ной га­зе­те: «Су­пру­га Наслед­но­го Прин­ца за­сну­ла на бюд­жет­ном от­че­те. Двор в па­ни­ке».

— Двор и так в па­ни­ке. Хо­тя двор все­гда в па­ни­ке – это его есте­ствен­ное со­сто­я­ние с тех пор, как «тор­гаш­ка» по­лу­чи­ла до­ступ к каз­на­чей­ским пе­ча­тям и об­на­ру­жи­ла, что по­ло­ви­на ми­ни­стров до сих пор не уме­ет скла­ды­вать дву­знач­ные чис­ла без счет­ных па­ло­чек.

Ти­хий стук в дверь. Лянь – вер­ная, неиз­мен­ная, невоз­му­ти­мая – про­со­вы­ва­ет го­ло­ву в щель.

— Гос­по­жа, – про­из­но­сит гор­нич­ная с вы­ра­же­ни­ем ли­ца, ко­то­рое за два­дцать лет служ­бы на­учи­лось не вы­ра­жать ни­че­го, кро­ме со­вер­шен­ной, от­по­ли­ро­ван­ной непро­ни­ца­е­мо­сти. – До­не­се­ние из про­вин­ции Гань­су. Еже­не­дель­ный от­чет о... под­опеч­ных.