Книга Покой нам только снится, страница 34 – Анастасия Рафаенко

Это не на­ряд де­ви­цы, опла­ки­ва­ю­щей по­те­рян­ную по­молв­ку. Это бо­е­вое об­ла­че­ние ком­мер­сант­ки, го­то­вя­щей­ся к пе­ре­го­во­рам, где каж­дая де­таль внеш­но­сти – ору­жие, а каж­дый жест – вы­ве­рен­ная стра­те­гия.

— Гос­по­жа, – ти­хо про­из­но­сит Лянь, за­креп­ляя по­след­нюю шпиль­ку с на­вер­ши­ем в ви­де фе­ник­са, чьи гла­за из кро­шеч­ных ру­би­нов вспы­хи­ва­ют крас­ным ог­нем при каж­дом по­во­ро­те го­ло­вы, – с се­вер­ных во­рот го­нец. До­зор­ные до­ло­жи­ли, что к по­ме­стью при­бли­жа­ет­ся им­пе­ра­тор­ская про­цес­сия. Но­сил­ки с зо­ло­тым бал­да­хи­ном, сви­та из два­дца­ти че­ло­век, зна­ме­на Во­сточ­но­го Двор­ца.

Встре­чаю взгляд гор­нич­ной в зер­ка­ле и поз­во­ляю угол­кам губ при­под­нять­ся в той са­мой хо­лод­ной, хищ­ной улыб­ке, ко­то­рую ма­туш­ка на­зы­ва­ет «оска­лом аку­лы, по­чу­яв­шей кровь в во­де».

— Его Вы­со­че­ство Наслед­ный Принц со­из­во­лил на­ко­нец вспом­нить до­ро­гу в дом сво­ей быв­шей неве­сты, – про­из­но­шу, и го­лос зву­чит ров­но, без те­ни вол­не­ния, слов­но речь идет не о ви­зи­те бу­ду­ще­го им­пе­ра­то­ра, а о ви­зи­те за­уряд­но­го про­си­те­ля, при­шед­ше­го клян­чить от­сроч­ку по дол­гам. – Как тро­га­тель­но. По­ла­гаю, его со­про­вож­да­ет прин­цес­са Су?

— Нет, гос­по­жа. Принц при­был без су­пру­ги. За­то в сви­те за­ме­чен глав­ный ев­нух Ми­ни­стер­ства Фи­нан­сов и два пред­ста­ви­те­ля Ми­ни­стер­ства Во­ен­ных Дел.

Зна­чит, это не лю­без­ный ви­зит веж­ли­во­сти. Это де­ле­га­ция с тре­бо­ва­ни­я­ми. Ли Цзянь, за­гнан­ный в угол от­сут­стви­ем де­нег в казне и на­рас­та­ю­щим ха­о­сом на се­вер­ной гра­ни­це, на­ко­нец осо­знал, что по­э­зия и вы­со­кие чув­ства не опла­чи­ва­ют жа­ло­ва­нье сол­да­там и не по­ку­па­ют зер­но для го­ло­да­ю­щих гар­ни­зо­нов. Осо­знал и при­шел за тем, что де­ла­ют все неудач­ли­вые пра­ви­те­ли, столк­нув­ши­е­ся с по­след­стви­я­ми соб­ствен­ной неком­пе­тент­но­сти – тре­бо­вать по­мо­щи у тех, ко­го недав­но пре­зи­ра­ли и от­вер­га­ли.

Встаю, рас­прав­ляя пле­чи, и слы­шу, как шелк шур­шит, слов­но ше­пот осен­них ли­стьев, па­да­ю­щих на остыв­шую зем­лю. Лянь по­да­ет мне ве­ер из сло­но­вой ко­сти с рос­пи­сью – пей­заж ту­ман­ных гор и оди­но­кой сос­ны, гну­щей­ся под вет­ром, но не ло­ма­ю­щей­ся – сим­вол стой­ко­сти. Бе­ру ве­ер, чув­ствуя про­хла­ду глад­кой ко­сти в паль­цах, и на­прав­ля­юсь в глав­ный зал по­ме­стья, где ма­туш­ка, отец и брат Чэ­нь уже ждут, рас­сев­шись по сво­им при­выч­ным ме­стам за мас­сив­ным сто­лом из чер­но­го де­ре­ва, чья по­верх­ность от­по­ли­ро­ва­на до та­ко­го блес­ка, что от­ра­жа­ет ли­ца си­дя­щих, слов­но тем­ное, непо­движ­ное озе­ро.

Ма­туш­ка, об­ла­чен­ная в стро­гий ха­лат цве­та во­ро­но­ва кры­ла с ми­ни­маль­ным ко­ли­че­ством укра­ше­ний – лишь брас­лет из бе­ло­го неф­ри­та на за­пястье и про­стая неф­ри­то­вая шпиль­ка в во­ло­сах, – изу­ча­ет оче­ред­ной фи­нан­со­вый от­чет, ее кисть вы­во­дит по­мет­ки на по­лях с точ­но­стью ле­ка­ря, рас­се­ка­ю­ще­го плоть. Отец, чья «смер­тель­ная бо­лезнь» се­го­дня при­ня­ла фор­му лег­ко­го по­каш­ли­ва­ния и стра­те­ги­че­ски раз­ме­щен­ной на сто­ле пи­а­лы с горь­ким ле­кар­ствен­ным от­ва­ром, си­дит, скре­стив ру­ки на гру­ди, и его ли­цо, из­ре­зан­ное шра­ма­ми, как кар­та про­шлых сра­же­ний, вы­ра­жа­ет ту са­мую без­жа­лост­ную, ка­мен­ную невоз­му­ти­мость, ко­то­рая за­став­ля­ла вар­ва­ров блед­неть и от­сту­пать без боя. Брат Чэ­нь, как все­гда по­гру­жен­ный в изу­че­ние юри­ди­че­ских свит­ков, да­же не под­ни­ма­ет го­ло­вы, лишь ед­ва за­мет­но ки­ва­ет, фик­си­руя мое при­сут­ствие.