Книга Первый мороз. Книга 1, страница 181 – Чжу И

Му Чэнъюнь на мгновение замер, а его лицо едва заметно напряглось, но почти сразу же вернулось его привычное доброжелательное выражение.

— Я так говорил? – Он задумался, словно вспоминая. – Совсем не помню… Наверное, я тогда был пьян и просто оговорился.

— Значит, в следующий раз будь внимательнее, – со всей серьезностью сказала Вэнь Ифань. – Когда развлекаешься, не напивайся слишком сильно. В нашем деле всегда могут случиться экстренные ситуации.

Сделав небольшую паузу, она продолжила:

— А еще… Небрежно что-то говорить, сплетничая с друзьями, – нормально, но в СМИ такой подход недопустим. В репортаже ты должен показывать только то, что видишь и слышишь. – Ее голос был таким же ровным, прямо как тогда, когда она наставляла Фу Чжуна. – Никаких домыслов, никаких оправданий вроде «ослышался», «не так запомнил», «оговорился». Только факты.

Улыбка окончательно сползла с лица Му Чэнъюня, он стал серьезным и поспешно ответил:

— Я понял.

Они подъехали к городской больнице. Вэнь Ифань нашла свободное место для парковки, после чего они с Му Чэнъюнем взяли оборудование и, следуя указателям, направились в отделение травматологии.

По дороге Вэнь Ифань мельком взглянула на телефон и ответила на несколько сообщений. Перед приездом она связалась с больницей и матерью пострадавшей, получила их согласие на интервью и заранее изучила ситуацию. Пострадавшей оказалась двенадцатилетняя девочка по имени Чжан Ю. У нее с рождения были повреждены голосовые связки, и она не могла говорить.

В тот день Чжан Ю вместе с одноклассниками пошла перекусить неподалеку от школы и возвращалась домой чуть позже обычного. Когда она переходила дорогу, водитель не успел затормозить: машина сбила девочку и переехала ей правую ногу. Осознав случившееся, виновник аварии моментально протрезвел, выбежал из машины и вызвал скорую помощь.

Вэнь Ифань и Му Чэнъюнь вошли в палату, где лежала Чжан Ю. Это была трехместная палата, и сейчас все кровати были заняты, девочка же лежала на койке посередине. Она уже перенесла операцию, и ее нога была зафиксирована в гипсе. На вид она казалась совсем еще маленькой, ее глаза были немного покрасневшими – явно недавно плакала. Рядом с Чжан Ю сидела ее мать и что-то говорила дочери, стараясь утешить.

Вэнь Ифань подошла к ним и первой поздоровалась. Мать девочки звали Чэнь Личжэнь. На вид она вовсе не походила на женщину, у которой уже мог быть такой взрослый ребенок, – ухоженная, с мягкими чертами лица и изысканными манерами. Она охотно согласилась на интервью, не проявляя ни малейшего недовольства.

Чтобы лишний раз не волновать Чжан Ю, беседу перенесли за пределы палаты. Вэнь Ифань задавала вопросы, одновременно записывая ответы в блокнот, а Му Чэнъюнь стоял рядом за камерой и снимал интервью.

— Тяжелее всего сейчас дочери… – Чэнь Личжэнь потерла пальцами висок, пока она говорила, ее глаза потихоньку начали краснеть. – Она только-только перевелась в школу искусств Наньу… Теперь даже не знаю, что делать. Не знаю, как это скажется на ее занятиях танцами.

Вэнь Ифань на мгновение замерла, а затем уточнила:

— Чжан Ю занимается танцами?

— Да… Балетом. – Чэнь Личжэнь отвернулась, быстро смахнув слезу. – Она начала заниматься, когда ей было всего семь лет.

Услышав это, Вэнь Ифань невольно взглянула в сторону палаты. Девочка сидела и, опустив голову, нервно заламывала свои тонкие пальчики. Длинные ресницы подрагивали, а по ее щекам едва заметно катились слезы. Другого способа облегчить свою боль у нее не было.