Книга Ты умрёшь, если вспомнишь меня, страница 43 – Александра Ветрова

Максим работал из дома, и мы проводили дни вместе, гуляя по берегу, слушая шум прибоя, разговаривая о глупостях и о важных вещах. Иногда я просыпалась ночью от кошмаров — они не ушли полностью, но теперь я знала, как справляться с ними. Я брала его руку, и он обнимал меня, и страх уходил, растворяясь в его тепле.

Однажды, когда я сидела на террасе и смотрела на закат, он подошёл ко мне и сел рядом. Я повернулась к нему, и он улыбнулся той самой улыбкой, которая когда-то заставила моё сердце биться быстрее.

— О чём ты думаешь? — спросил он.

— О том, как странно устроена жизнь, — ответила я. — Я потеряла так много, но я обрела тебя. Я прошла через ад, но я стою здесь, на этом берегу, и чувствую себя по-настоящему счастливой. Я никогда не думала, что смогу быть счастливой.

— Ты заслуживаешь этого, — сказал он. — Ты заслуживаешь всего мира.

Я положила голову ему на плечо и закрыла глаза. Ветер приносил запах моря и свободы, и в этом запахе я чувствовала обещание завтрашнего дня, которое не нужно бояться.

— Я люблю тебя, — сказала я.

— Я люблю тебя, — ответил он.

И мы сидели так, наблюдая, как солнце медленно погружается в океан, окрашивая небо в огненные оттенки. Я знала, что впереди ещё будут испытания, ещё будут моменты сомнений и боли. Но я также знала, что мы справимся. Потому что у нас есть друг друг.

Потому что у нас есть любовь, которая сильнее любой тьмы.

И это было моё начало.

Настоящее начало.

Год спустя я сидела на той же террасе, глядя на бескрайнее море, которое сегодня было особенно спокойным — гладким, как зеркальная поверхность, отражающая небо, облака и солнце, медленно клонящееся к горизонту. В руках я держала чашку зелёного чая, и пар поднимался над ней, смешиваясь с солёным морским воздухом, который я вдыхала полной грудью. За моей спиной слышался лёгкий шум — Максим возился на кухне, готовя ужин, а где-то в доме звонко лаял Майк, который гонялся за солнечным зайчиком, отражающимся от зеркала в прихожей.

Я закрыла глаза и позволила этому моменту наполнить меня — теплом, покоем, той тихой радостью, которую я так долго искала и, казалось, никогда не могла найти. Теперь я находила её в каждом дне, в каждом взгляде, в каждом прикосновении. Я научилась ценить обыденность, потому что знала: тишина может быть красноречивее любой бури. И я больше не боялась, что эта тишина нарушится чем-то страшным. Я знала, что если и наступит буря, я готова встретить её — не одна, а рядом с тем, кто стал моим якорем, моим домом, моей новой памятью.

Последние месяцы были наполнены работой над книгой. Я писала не для того, чтобы заработать, не для того, чтобы прославиться. Я писала, чтобы освободиться. Чтобы вылить на бумагу всю ту боль, которую носила внутри себя, чтобы превратить её в слова, которые однажды могут помочь кому-то другому не чувствовать себя таким одиноким. В моих текстах не было имён — только чувства, только переживания, только путь от тьмы к свету, от отчаяния к надежде. И когда я закончила и перечитала написанное, я плакала. Не от боли, а от облегчения.

Максим вышел на террасу и сел рядом, обнимая меня за плечи и прижимая к себе. Я чувствовала его дыхание, его тепло, его любовь — всё то, что когда-то казалось мне недостижимым.