Книга «Я тоже» не значит «люблю», страница 73 – Виолета Рид

Уильям уже был на кухне – сидел на своем обычном месте, погрузившись в книгу. Рядом стояла чашка.

— Доброе утро, – сказала я с порога.

Уильям медленно поднял взгляд. Он побрился и стал выглядеть моложе.

— Привет, – ответил он. – Хочешь кофе?

— Да, сейчас сама сделаю.

Я прошла мимо него к столешнице. Я делала все строго по вчерашней инструкции. Всe шло гладко, пока не настало время подогреть молоко в металлическом кувшинчике.

— Ай! – вскрикнула я, когда капля горячего молока попала на мой розовый пиджак из «Зары».

Сквозь шум кофемашины я услышала его тяжелый вздох.

— Можно узнать, что ты делаешь? – Уильям возник рядом с недовольным видом.

«Сюрприз: кто-то сегодня явно встал не с той ноги».

— Грею молоко.

— Дай сюда. – Он потянулся за кувшинчиком.

— Нет. – Я упрямо покачала головой. – Хочу сделать сама.

Уильям провeл рукой по лицу.

— Если ты запачкалась, значит, делала что-то не так, – устало пояснил он. – Нужно погружать паровую трубку хотя бы на сантиметр в молоко.

Он встал у меня за спиной, когда я попробовала снова.

— Введи чуть глубже, – подсказал он. – Почти до упора.

Я его не видела, но внезапно осознала, как близко он стоит. Настолько близко, что я ощущала его дыхание у себя на макушке.

«У меня фантазия разыгралась, или все его инструкции звучат как-то двусмысленно?»

Хрипловатый протяжный голос пробрался под одежду и будто коснулся самой кожи. Поэтому, когда он сказал: «Вот так. Отлично. Теперь двигай рукой вверх-вниз, чтобы взбить пену», – я всполошилась, нечаянно опустила кувшинчик и облила нас обоих молоком.

— Чeрт! – рявкнул Уильям, развеяв эротическое наваждение, в которое я успела погрузиться из-за его близости и шепота.

— Прости.

— Бариста из тебя, конечно, никудышный, – усмехнулся он, отступая.

— А ты, значит, мастер? – Я обернулась, чувствуя, как от напряжения в животе все сжимается узлом.

Уильям вытирал лицо кухонным полотенцем.

— Учитывая, что я несколько лет подавал кофе, думаю, да, – спокойно уточнил он, бросил тряпку на столешницу и добавил: – Пойду переоденусь.

И, не говоря больше ни слова, вышел из кухни, оставив меня наедине с моими мыслями.

«Он был бариста?»

Я не могла представить его в фартуке, обслуживающим клиентов.

Налив кофе, я тщательно вытерла и столешницу, и кофемашину. Не хватало еще с самого утра выслушивать его ворчание.

«Интересно, много ли ему давали чаевых? Наверняка он говорил клиентам что-нибудь вроде: "Никакого сиропа, научитесь наслаждаться вкусом"».

Я отложила полотенце и взяла чашку.

— Ты вчера забыла ноутбук на диване.

Я обернулась. Уильям сменил черную рубашку на синюю в клетку, и она была ему очень к лицу.

— Сейчас заберу, – только и ответила я, выходя из кухни.

Когда я поставила чашку на стол в столовой и повернулась, он уже стоял, прислонившись к стене, и внимательно смотрел на меня.

В воздухе повисло лeгкое напряжение. А меня это тревожило, потому что нам нужно было наконец решить проблему с отсутствием ритма во втором акте. Не хотелось тянуть до вторника: для завершения концепции нам не хватало только этой части. И уж точно не хотелось снова ссориться. Так что я пошутила о его прошлом в статусе бариста, мы сели работать, и вчерашний инцидент стал просто неприятным воспоминанием.

— Вчера у меня возникла отличная идея, – сказал он.