Книга Книжный магазин «Булочка с корицей», страница 92 – Лори Гилмор

Ложь.

Хейзел была для него всем.

Хейзел была так же хороша, как любимая книга, от которой не можешь оторваться, как прикосновение солнечных лучей к лицу, как идеальная чашка кофе. Если Ноа думал, что, помогая ей последние два месяца, проводя с ней время, пробуя ее на вкус, прикасаясь к ней, сможет выбросить ее из головы, то оказался еще большим идиотом, чем думал сам.

Его интерес к привлекательной продавщице книг лишь перерос в крепкую дружбу и вместе с тем сексуальную одержимость.

Теперь он был не просто увлечен Хейзел Келли, а по уши и очень некстати в нее влюблен.

И на миг ему показалось, что эти чувства взаимны. Что, быть может, легкое разочарование на ее лице означало, что она тоже хотела большего.

Но потом Хейзел сказала «легкое развлечение» – и лучше бы сразу выбросила его за борт.

— Все хорошо? – прошептала она, скользя губами вдоль его шеи.

— Да. Более чем.

Включайся в игру, Ноа. В этом ты хорош. Он не позволит своим зашкаливающим чувствам к этой женщине испортить момент. У него было немало фантазий с участием Хейзел в его постели, и он не упустит возможности их воплотить.

Если это возможность побыть с ней, то он будет соглашаться всякий раз, когда она предложит.

Может, так он выставит себя идиотом, но зато с почти обнаженной Хейзел в объятиях. Что его вполне устраивало.

На Хейзел все еще была его футболка, и Ноа провел ладонями по мягкой ткани, ощущая под ней ее теплую тяжелую грудь. Ее соски выступали под хлопком, и Ноа наслаждался видом Хейзел в одних только трусиках и его белой футболке, которая почти просвечивала после многих лет носки.

— Идеально, – выдохнул он, и Хейзел улыбнулась, заливаясь румянцем.

Он наклонился и взял ее сосок в рот, смачивая ткань языком. Хейзел застонала и выгнула спину. Он провел рукой по второй груди, дразня ее через футболку. От тонкого барьера между их кожей происходящее становилось еще более возбуждающим, усиливая его желание.

— Ноа, – простонала она, и теперь он до конца своих дней будет помнить звук своего имени, произнесенного в мольбе.

— Что тебе нужно, Хейз?

— Большее.

Ноа усмехнулся, хотя его сердце екнуло. Он хотел дать ей все. Стать для нее всем. Но по-прежнему даже не знал, хотела ли этого Хейзел, а сам планировал вернуться домой сразу же после ее дня рождения. Как он мог стать для нее всем, если уезжал?

Он отбросил эту мысль, задрав край футболки Хейзел, и провел языком по ее возбужденным соскам. Она ахнула, запустив пальцы в его волосы, оттягивая пряди и прижимая его к себе. И Ноа это понравилось.

Он проводил по ее соскам языком, обхватывал их губами, пока Хейзел не начала метаться под ним, а ее тихие умоляющие стоны не стали все громче и громче, но теперь их никто не мог услышать – вокруг были лишь открытое море и необитаемый остров.

Заставь ее кричать.

Мысль, жгучая и настойчивая, будто молнией пронзила его.

Он обвел сосок Хейзел языком и отстранился. Она подняла голову.

— Куда ты? – спросила она возмущенно, но мило.

Ноа усмехнулся, прижавшись к ее животу:

— У меня много планов.

Хейзел вновь положила голову, когда он добрался до ее простых хлопковых трусиков. Ноа не мог объяснить, почему же они сводили его с ума.

Он спустил их по ее пышным бедрам и соблазнительным ногам, и Хейзел отбросила их в сторону.