Книга Это (не) твой ребенок, страница 43 – Гала Григ

Она не знала одного: Зуев, обещавший выяснить, откуда поступали звонки, не сумел порадовать шефа. Дело в том, что звонили каждый раз из автоматов, расположенных в разных частях города.

Зуев даже предложил Красницкому включить телефон, чтобы можно было зафиксировать, откуда идет входящий звонок. Но Павел не согласился. Не желал подвергать Марину очередному стрессу. Надеялся, что все обойдется, ведь женщина-провокатор до сих пор пользовалась только стационарной связью. Значит, номера мобильного у нее не было.

И вдруг этот звонок. Марина, не обратив внимание на незнакомые цифры, спокойно приняла вызов.

— И где теперь твой муженек? Ах-ха-ха! — слова и смех приглушенные.

От них спазм в горле сковал голосовые связки, и молодая женщина не могла произнести давно заготовленную фразу. К тому же, мозг пронзила ужасная мысль:

— Откуда у нее мой номер?! Дыхание не восстанавливалось. Казалось, сделать вздох и выдох невозможно.

— Послушайте… — наконец выдавила Марина.

— Нет, это ты меня послушай. Как только родишь, он уйдет от тебя. Ко мне!

— Да кто же вы и что вам от меня надо?

Но с другой стороны уже нажали опцию отключения. Рука Марины бессильно опустилась. Она выронила телефон. Медленно сползла по стенке…

— Мариша, милая! Что с тобой?! — Павел, одной рукой пытаясь приподнять обмякшую жену, второй лихорадочно набирал Скорую помощь.

Марина приоткрыла глаза. В них были страх и отчаяние.

— Паша! Как хорошо, что ты вернулся. Она опять звонила…

— Кто звонил, моя хорошая?

— Она сказала, что ты бросишь меня, как только родится малыш, — слезы градом катились из ее испуганных глаз. Павел обнял ее:

— Успокойся, родная. Сейчас приедет доктор. Все будет хорошо.

После укола Марина уснула. Врач строго посмотрел на Красницкого:

— В ее положении нельзя волноваться. Обеспечьте жене покой и отдых.

Павел виновато кивал головой, прощаясь с врачом.

Дрожащими от волнения и бессильной злости руками набрал Зуева. Обрисовав ситуацию, он раздраженно добавил:

— Значит так: или абонент будет установлен, или я разгоню весь твой отдел к чертовой матери! Первым вылетишь ты!

Резкие интонации в адрес Зуева были вызваны отчаянием Красницкого. Обычно он был сдержан с сотрудниками.

— Я понял Павел Трофимович! Назовите номер телефона.

— Мой?!

— Нет. Вашей жены.

— Ах, да!

Извилины Красницкого отказывались воспринимать окружающее, он был вне себя от происходящего. Желание оградить Маришу от малейшей неприятности оборачивалось тем, что он не мог сделать для нее элементарного — избавить от тревожных звонков какой-то ненормальной женщины.

Действие успокоительных препаратов продолжилось до утра. Поэтому ночь прошла сравнительно спокойно для Марины.

Павел же уснуть не мог. Он перебирал в памяти все женские образы, с которыми он когда-либо был знаком, общался по работе и мог обидеть словом или делом.

Он не был конфликтным человеком и исключал вероятность грубого или несправедливого отношения к людям, тем более женского пола. Поэтому исключал возможность мести, особенно на романтической основе.

Он бесконечно прокручивал в памяти события последних лет, но не мог найти никакой мало-мальски провоцирующей ситуации, способной стать поводом для преследования. И, что самое обидное, не его самого, а жены, для которой эти звонки представляли серьезную опасность.