Книга Подкидыш из прошлого, страница 72 – Гала Григ

Мои упаднические размышления прервал неожиданный вопрос Антона:

— Ксения Данилова? — в руках его был мой паспорт.

— Да как Вы посмели?…

— Паспорт случайно выпал из сумочки, которая упала со стула, где ты вчера забыла ее, — опередил он мое возмущение. — Но почему ты назвалась чужим именем? Мне, в принципе, все равно. Однако не хотелось бы помогать человеку, который не в ладах с законом. Поэтому ты сейчас оставишь в покое посуду и все мне расскажешь.

Тон был требовательный и не терпящий возражений. Я поняла, что в обратном случае он просто сдаст меня полиции со всеми вытекающими из этого последствиями. Безысходность пролилась потоком слез, сквозь которые я сбивчиво пыталась заверить его, что не совершала ничего противозаконного.

Но Туманов был непреклонен. Он потребовал признаться, по какой причине я оказалась в ситуации, которая вынудила меня назваться Мартой.

Выслушав мой сбивчивый рассказ, он долго смотрел на меня. А я, сжавшись от страха под его внимательным взглядом, думала, что он не верит ни одному моему слову.

Однако, помолчав, Туманов спокойно сказал:

— Считаю своим долгом вернуть тебя домой. Это моя ошибка, и я должен ее исправить. Дальше поступай, как знаешь.

— Нет-нет, только не это. Мне нельзя домой… Вы же понимаете, — с мольбой в голосе прошептала я.

— И что же мне с тобой делать, Марта-Ксюша? Выгнать на улицу, понимая, что ты там пропадешь? Или оставить у себя в надежде, что не укрываю человека, преступившего закон?

— Я никого не убивала. Мне просто надо было раствориться, исчезнуть, чтобы не мешать счастью сестры и моего бывшего жениха. Если кто-то и пострадал во всей этой истории, то только я сама. Еще, наверное… мама.

— Ладно… Пока оставайся. Все равно тебе некуда идти и не на что жить. Раз уж ты так решила, я постараюсь помочь.

— Правда?..

— Правда-правда. Но только до тех пор, пока я не выясню всей правды…

Туманов, не объясняя, как он собирается это сделать, собрался и отправился в клинику. Я же осталась один на один со своими безутешными мыслями. С одной стороны, я была благодарна ему за такое решение. С другой, понимала, что надолго оставаться у него не смогу. Но и отказаться от помощи было невозможно, несмотря на его недоверие ко мне.

— Это даже хорошо, что он отнесся ко мне с недоверием и даже недоброжелательно. Значит, как женщина, я ему не понравилась. Следовательно, хотя бы по этому поводу я могу быть спокойна. Это не то же самое, что бомжевать под открытым небом, подвергая себя опасности. А ведь другого варианта у меня нет.

Так я успокаивала себя, оставшись одна в квартире Антона. Мысли роем набросились на меня в поисках единственно верного решения: стоило ли сбегать от прежних проблем, чтобы нажить новые?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Буквально через несколько дней после моего бегства из прошлой жизни стало понятно, что спокойно существовать даже здесь, на расстоянии более ста пятидесяти километров от дома, не получится.

Туманов, однажды вернувшись из ветклиники, огорошил меня известием, что меня разыскивают.

— А как же ты думала? Иначе и быть не мгло. Естественно, твои близкие обратились в полицию или в частное сыскное агентство. И те, и другие подали в розыск, разослали ориентировки. Так что теперь ты числишься в базе по розыску пропавших людей.