Онлайн книга «Любимая для Грома»
|
А ты почти не рассказывал. Замкнулся в молчании, словно так можно защитить от реальности. — Молодцы какие, - хрипло проговорил он. Тяжело дыша прижался лбом к моему. — Ева, зачем ты так? Я же не затолкаю тебя в тачку силой… — Правильно. Ты же знаешь, силой это не ко мне. — Шагу без моего ведома не ступишь. Понадобится вообще из особняка не выйдешь. — Договорились, - ответила я. Глава 39 Наряженные елки выглядели несуразно на серых, бесснежных улицах. Ранним утром, когда ночь только начинала уступать очередному хмурому дню казалось, что город вымер в праздник, оставшийся в далеком прошлом, и украшения стало больше некому убирать. Такой же неуместной я казалась самой себе в студии. Что может быть общего с маленьким, скромным помещением и мелкими услугами вроде распечатки документов и организации бюджетных фотосессий у женщины, наряд которой стоит как четыре дохода студии в хороший месяц? Что ей делать здесь со своей вооруженной охраной, одним из самых опасных криминальных авторитетов в мужьях, а другим – на хвосте? Как и кому ей отдать все имеющиеся миллионы, чтоб стряхнуть с себя и мужа ежесекундно ощущаемый снайперский прицел? — Ксюш, документы оформлены на тебя, аренда заплачена за два года. Суммы на счету хватит на коммуналку еще на такое же время. Можешь сдавать в аренду фотозоны… А с фотографиями на документы и прочим ты легко справишься, я подробно расписала что и как. Да и я сама всегда на связи и часто буду приезжать, - я запнулась, наткнувшись на взгляд сестры. Вместо стеснения и растерянности, бывших в ее глазах, когда она по моей просьбе приехала в студию появился страх. — Что? Это отличный бизнес. Больше прибыли будет, чем от твоей работы в магазине, а времени меньше. Гибкий график. А что пойдет не так, сможешь продать оборудование, мебель, фотик… — Ева, - ее голос сорвался, - ты что прощаешься со мной, да? Мы долгое время не общались. Практически до пальбы на свадьбе. Не то чтоб сейчас на меня накатило традиционное сожаление о потерянном из-за глупых ссор времени. Нет. Мы были такими, как были, принимали те решения, которые могли, и я о своих не жалела. Доведись повернуть время вспять, я поступила бы точно так же. Но… Внутри тоскливо ныло от того, что мы, оказывается, повзрослев так и не сумели выстроить отношения, положенные сестрам. — Я хочу быть уверенной, что у вас с мамой и малышами все будет хорошо, - выпалила я и тут же пожалела. Нужно было сказать иначе. А теперь вышло, словно я и правда оставляю прощальный подарок. Лицо сестры страдальчески скривилось, и она расплакалась. — Прости меня…. Прости-и-и-и! Я дура! Самая тупая, эгоистичная, инфантильная дура. Ты была права. Во всем права, Ева. Я… Я же только сейчас понимаю… Я обняла ее. Сердце грустно и сладко защемило появившейся уверенности – сейчас сестра говорит искренне. И дело не в этом моем жесте, но в том, что, быть может, столкновение со смертью – случившейся и чудом обманутой – заставило ее переосмыслить свою жизнь. — Это всегда так, - сказала я, гладя ее по волосам. – Все понимаешь уже потом, после. — Прости меня! Я никогда не смогу отплатить тебе… — И не надо. Расти малышей. Учи их жить иначе. Нормально. Найди им хорошего, достойного отца. Заботься о маме… Она замотала головой, захныкала в голос. |