Книга Я (не)твоя собственность, страница 53 – Надежда Борзакова

— Сегодня уедем. Не в тот дом, в другое место. В горы. Отдохнем…

— Мы что бежим? — ахнула я, приподнявшись.

Макс рассмеялся. Носмех этот был надтреснутым, нервным и ни капельки не радостным.

— Бежали бы, я б утра не ждал, Семицветик.

Внутри защемило. Когда он меня так звал в последний раз? В другой жизни, в той, в которой еще не случилось всего этого дерьма. В которой мы были юными, беззаботными и счастливыми. И впереди была вся жизнь…

— Скажу Егору, пусть тебе завтрак сообразят и выписку. Он с нами поедет, долечит тебя.

— Если все еще разговаривает с тобой, — вырвалось у меня.

Макс помрачнел.

— Света, это субординация, понимаешь? Да, мы друзья, но это не отменяет того, что я босс. А ты моя женщина. И он не имеет права тебе хамить.

— Он знает, что я твоя женщина?

Макс усмехнулся.

— Это дела не меняет.

— Ты чуть его не задушил.

— Странно, что ты его защищаешь, — Макс прищурился.

— Егор один из людей, которым ты доверяешь, раз оставил на него меня. А таких беречь нужно.

— Доверяю, ага. В свете последних событий этот фактор гарантия надежности и ценности человека, — он отвернулся.

— Милый, то, что Кир так поступил не значит, что нужно перестать верить людям. Это несправедливо…

— Несправедливо, это променять дружбу на пару косарей баксов, Света. Если такое смог человек, которого я знаю с детства, то любой другой и подавно. Хорошо, что я понял это вовремя.

Я протянула руку, чтоб обнять его, но Макс увернулся. Слез с кровати, оделся. Сунул пистолет за пояс и прикрыл свитером. А потом вышел так и не взглянув на меня.

Кусок не лез в горло, но я, как уже успела привыкнуть в таких случаях, заставила себя съесть завтрак. Тот состоял из молочного омлета из двух яиц, ломтика ржаного хлеба и большой чашки латте с высокой белой пенкой. И сердечком сверху.

Вспомнила, как тем летом, одиннадцать лет назад, Макс тоже приносил мне латте с точно таким же. Только тогда еще не было уличных кофеень на каждом шагу и мы ходили в кафетерии. Он столько работал, чтоб иметь возможность сводить меня в хорошее заведение, купить красивый букет цветов… И никогда не соглашался разделить счет, не принимал ничего от меня. Все и всегда стремился делать сам и поэтому так поднялся, несмотря ни на что.

Кое-как приняв душ и вымыв голову, я переоделась в привезенный Димой спортивный костюм лилового цвета. Плечо болело, но я была рада уехать из больницы. И вдвойне рада, что у нас с Максом будет несколько дней вместе. Ему это нужно даже больше, чем мне. Отдохнуть. Восстановиться. Прийти в себя.

— Мне нельзя было сказать? — Макс зашел в палату как раз тогда, когда я сидя в кресле пыталась надеть кроссовки, что было отнюдь не легкой задачей, учитывая ситуацию.

Опустившись на одно колено, Макс осторожно взял в руки мою ступню. Сжал, осторожно массируя и я чуть не застонала от удовольствия. Размяв и вторую он уверенными жестами надел на меня кроссовки и зашнуровал аккуратными и одинаковыми бантиками.

— Нормально?

— Ага.

— И это, — надел мне на шею специальную перевязь и устроил в ней руку.

Помог мне встать, а потом набросил на плечи короткое кремовое пальто. Побросал в небольшую сумку остальные вещи, а телефон отдал мне в руки.

— Поехали.

В коридоре ждала охрана. Хмурый Егор принципиально на меня не смотрел, Дима же наоборот приветливо улыбнулся. Третий мужчина — тот самый, которому прилетело от Макса по лицу — даже поздоровался. Всего было семеро охранников. Четверо нас окружили, остальные пошли вперед. Передвигались мы быстро, словно даже здесь, в больнице, могло быть опасно. Последний раз возле меня было такое количество охраны лет двадцать назад. Прав был папа, времена не меняются.