Книга Я (не)твоя собственность, страница 2 – Надежда Борзакова

Наши губы разделяли жалкие сантиметры. Вот сейчас… Но, как бы я не прониклась сказанным, целоваться с этим парнем не собиралась.

— Давай не будем спешить, Миша.

— Конечно, — он широко и открыто улыбнулся.

Жестом подозвал официанта и заказал коньяк для себя и какой-то коктейль мне.

— Я особо не пью, Миш.

— Да знаю. Там почти нет градусов, малыш. Так, сладенький компотик для настроения. Маленьким девочкам нельзя взрослых напитков.

Я уже открыла рот сказать, что не маленькая, но передумала. Миша на пять лет старше. Конечно же я по сравнению с ним ребенок.

Коктейль был яркий, разноцветный и пах фруктами.

— Ну, за твои восемнадцать.

Мы соприкоснулись бокалами. Пригубив напиток, я пару секунд покатала на языке приятный, сладковатый вкус. Потом сделала большой глоток, и по всему телу разлилось тепло.

— Нравится?

Я закивала в ответ.

— Когда у тебя заканчивается сессия?

— В июле.

— Отлично. Может, махнем на острова? Ты на серфе умеешь кататься? Это круто…

Его голос с трудом прорывался сквозь громкую музыку. Слова сливались в гул. Клубные огни вдруг замелькали тошнотворными вспышками. Машинально я взяла бокал с коктейлем и глотнула еще. Запоздало подумала, что мне бы лучше воды…

— Все нормально? — Миша обеспокоенно заглянул мне в лицо.

— Я хочу подышать, — выдавила едва слышно.

Он бросил на столик купюру, поднялся, помог встать мне. Крепко взял под локоть, помогая удерживать равновесие. Кое-как переставляя ноги, я пошла с ним через зал к выходу.

Несмотря на то, что уже июнь, ночь была еще по-весеннему прохладной. Свежий ветерок коснулся голой кожи, овеял лицо. От этого немного полегчало. И все равно я едва стояла на ногах. Стало страшно и очень захотелось домой, к тете Любе.

Парковка. Приветственно мигнувшая фарами синяя Мишина «импреза». В салоне запах кожи и наших с ним духов. Даже эти приятные запахи усилили дурноту.

— Я отвезу тебя домой, — сквозь стук сердца в ушах услышала я.

Все, что смогла, это пробормотать что-то неразборчивое. Глаза слипались. Я словно проваливалась в какое-то темное марево. Не сдаваться ему было все труднее.

Влажные ладони на моем теле под платьем. Горький вкус твердых губ, липкий язык… Из месива перед глазами я выхватила потолок «импрезы» и белую рубашку Миши.

— Миша… Не надо, — выдавила едва слышно.

Уперлась руками в его плечи, силясь оттолкнуть, но без толку.

— Да не ломайся ты! Все равно будешь…

Не знаю, как я сумела открыть пассажирскую дверь и выбраться в прохладную темень. Упала, больно ударилась и ободрала локти и колени. Но боль отрезвила.

— А ну сюда иди, — жутким чужим голосом заревел Миша и вышел следом.

— Помогите! — завопила я.

Кое-как поднялась, но не успела сделать и шагу, как он грубо схватил меня и зажал рот рукой. А в следующую секунду я почувствовала рывок и толчок. Руки на мне расжались. Потеряв опору, я снова рухнула на асфальт.

Маты, удары, страшный хруст. Какой-то парень и Миша дрались в паре метров от меня.

— Ты знаешь, кто мой папа? Да тебя завтра на куски за это порежут! — хрипло орал Миша.

— Пусть попробуют, — был спокойный насмешливый ответ.

А дальше незнакомец приблизился ко мне. Склонился, обдав теплым и терпким мужским запахом без капли парфюма. Обволакивающим, приятным.

Легко, словно пушинку, он поднял меня с земли и прижал к своей твердой груди. Под ухом гулко и сильно билось сердце.