Книга Друг отца. Под кожей греха, страница 84 – Anna

Придётся привыкнуть к тому, что она может входить без стука и разрешения.

— Доброе утро, — сказала, улыбаясь.

— Да… действительно доброе, — пробормотал, ещё полусонный.

Повернувшись на спину, притянул девушку к себе ближе, так чтобы её голова удобно устроилась на моём плече, а рука — на груди. Закрыв глаза, я почти погрузился обратно в сон, но ощутил, как Анастейша заёрзала, пытаясь забраться под одеяло. Поднял его и в ту же секунду услышал тихое:

— Адриан, у тебя тут это… как бы сказать.

Приоткрыв один глаз, спросил:

— Что это, Анастейша?

И тут я заметил её взгляд — неподвижный, сосредоточенный, с лёгким оттенком удивления и явного любопытства. Он прикован к моему стоящему члену, очертания которого смело проступали сквозь ткань белых боксеров. Внутри вспыхнул новый, острый заряд возбуждения: такое прямое внимание Анастейши заставляло кровь бурлить сильнее, тело напрягалось, и желание стало почти невыносимым.

— Расслабься, это просто утренняя реакция мужского тела, — отпустил одеяло, намеренно лишая её возможности рассматривать дальше.

Но я уже знал — этим всё не закончится. Анастейша слишком быстро привыкла к грани, на которой мы балансировали, и слишком легко её переступала. И сейчас, в этой утренней, опасно интимной тишине, с воспоминаниями о прошлой ночи, держать себя в руках становилось почти невозможно.

Я чувствовал, как контроль ускользает — медленно, неотвратимо. Ещё секунда, ещё одно неосторожное, провоцирующее движение — и я бы не остановился.

Поэтому резко поднялся, не позволяя себе даже взгляда в её сторону, и ушёл в ванную, словно спасаясь бегством.

— Я буду ждать тебя внизу, — донеслось за дверью игривое хихиканье.

Под душем я задержался дольше обычного. Гораздо дольше.

Это был единственный способ хоть немного сбросить напряжение и не дать себе сорваться раньше времени.

Я спустился вниз и остановился в дверном проёме кухни.

Анастейша стояла ко мне спиной — босая, в коротком топике и шортах, с кое-как собранными волосами. Она слегка пританцовывала, что-то напевая себе под нос, пока колдовала у плиты.

Чёрт.

Лёгкая, живая, совершенно домашняя — именно это мне в ней нравится больше всего.

Подойдя сзади, я обнял её за талию и, наклонившись, коснулся губами макушки. Она тут же рассмеялась, слегка дёрнув плечами.

— Как неприлично подкрадываться, — фыркнула, но ни на шаг не отстранилась.

Анастейша разложила еду, повернулась ко мне, и её глаза засветились гордостью.

— Полезный завтрак готов, — произнесла с видом человека, только что выполнившего важную миссию.

Я мельком посмотрел на содержимое тарелок: омлет с овощами, авокадо, тосты из цельнозернового хлеба, ягоды.

Не удержался от улыбки.

— А как же яичница с беконом и тосты, щедро намазанные сливочным маслом? — подколол, не упустив шанс.

На самом деле с того момента, как она появилась в моей жизни, я полюбил даже «вредные» завтраки.

— Ой, не ерничай, — скривила губы.

— Садись, я сварю нам кофе, — сказал спокойно, не скрывая лёгкой улыбки.

Она послушно устроилась за столом. Через несколько минут я поставил перед нами кружки с кофе и сел напротив. Некоторое время мы ели молча, лишь изредка встречаясь глазами и обмениваясь лёгкими улыбками.

— Ты сегодня останешься дома.

Анастейша подняла взгляд, и в нём мелькнуло разочарование.