Книга Друг отца. Под кожей греха, страница 130 – Anna

— Не знаю. Я не слышал всего разговора.

— Слушай внимательно, — сказал холодно. — Ни на шаг от неё. Зои не подпускать. Как только Анастейша очнётся — сразу домой.

Я сбросил вызов и сжал телефон в руке.

Злость клокотала. На Зои. На ситуацию. На себя — за то, что даже не сопоставил факты раньше. Записал Анастейшу в ту же клинику, где обследуют её брата.

Идиот.

Спустя время Синклер позвонил снова.

— Она очнулась. Зои приходила в палату… но Анастейша её выгнала.

Я выдохнул. С плеч рухнул невидимый камень.

— У меня самолёт через четыре часа. И ещё… Я хочу сделать ей предложение.

— Предложение?! — он даже не пытался скрыть шок.

— Анастейша ничего не должна знать. Завтра в четыре утра я буду в Нью-Йорке. Твоя задача — сообщить декану, что я принял предложение выступить перед студентами. А после лекции последует предложение.

Синклер усмехнулся.

— Ты серьёзно? Предложение в университете?

— Изначально план был другой. Париж. Эйфелева башня. Или Рокфеллерский парк в новогоднюю ночь. Но я не хочу ждать.

—— ✤ ——

Я сел в самолёт и откинулся в кресле, устало закрывая глаза на мгновение. В иллюминаторе проплывали облака, рассекая воздух золотым светом заката, и на секунду мир показался таким тихим и далёким. Но мысли о ней, о предстоящем дне, не отпускали ни на миг. Каждая минута приближала момент, который я ждал… момент, который изменит всё.

Совсем скоро.

Анастейша

Нас оставили одних почти незаметно. Будто весь мир деликатно отступил, оставив нам этот момент, где существовали только мы и наши чувства. Адриан обнял меня так, будто боялся разрушить хрупкость момента. Я уткнулась лбом в его грудь и почувствовала, как сильно истосковалась — по его голосу, по теплу рук, по сильному мужскому плечу, на которое можно опереться.

— Я думал о тебе каждую минуту, — вполголоса сказал он.

— Я тоже, — призналась, не поднимая головы.

Мы говорили шёпотом — о том, как тяжело было быть порознь, как каждый день без другого казался неправильным. О том, что больше не хотим терять ни минуты. О вечности — не громкими словами, а простыми, честными обещаниями, вырванными почти между вдохами.

Мне хотелось, чтобы этот момент растянулся на всю жизнь.

Но реальность всё же напомнила о себе.

Адриану нужно было возвращаться к студентам — сам напросился на это. А у меня по расписанию были другие занятия, другие аудитории, другие профессора. Как бы ни хотелось остаться рядом с ним, пришлось идти дальше.

Я шла к двери медленно, нарочно оттягивая момент. Потом обернулась. Посмотрела на него ещё раз — и сделала шаг назад, всё ещё глядя, словно не могла отпустить.

— После занятий… поедем в компанию? — спросила, скорее по привычке.

Адриан улыбнулся — тепло, с лёгкой насмешкой.

— Ты серьёзно хочешь отмечать нашу помолвку среди папок и отчётов?

Я на секунду задумалась, морщась, а затем отрицательно покачала головой.

— Тогда сегодня вечером, — сказал он. — Французский ресторан.

Я закусила губу, не в силах скрыть улыбку.

«Ooh là là…» — французская кухня. Одобряю.

Перед тем как выйти, я послала ему воздушный поцелуй — и только потом заставила себя закрыть дверь.

Девушки в аудитории продолжали шептаться, и мне удавалось ловить только отдельные обрывки фраз: «Красавчик-бизнесмен», «задержал её после пары», «посмотрите, какая довольная».