Книга Измена. На осколках счастья, страница 68 – Василиса Горная

— За твою измену! За предательство! Молчи лучше, Лёш, а то и этого лишишься, — угрожала Маша, когда её сосредоточение женственности уже начинало сокращаться и пульсировать, умопомрачительно обхватывая член.

Лишусь и этого прощального раза? Ну, что ж… Не дожидаясь окончания её оргазма, я резко вышел из жены и приподнял её таз на уровень своего лица. Маша недовольно замычала и принялась возмущённо хлопать меня кулачками по плечам, желая спуститься обратно и вновь заполнить образовавшуюся внутри пустоту. Но я тоже умел быть жесток. Хотя и сдерживался сам из последних сил, чтобы не кончить следом, но раз прощание, то стоило растянуть этот сладостно-горький процесс обоюдного мучения-наслаждения!

— Ах так! Прощальный секс, говоришь? Тогда мне и с клитором твоим стоит попрощаться, родная!

С этими словами я закинул стройные Машины ножки на свои плечи, отодвинул в сторону мокрые трусики и глубоко втянул в себя умопомрачительный запах её возбуждения, опаляя на выдохе горячим дыханием влажные складочки и вынуждая любимую желать реальных прикосновений. Жена застонала, вцепилась в мои волосы и попыталась приблизить мой рот к себе.

— Пожалуйста, Лёш, прошу… Поцелуй меня там, я вся горю, остуди этот жар, — на такой призыв я не мог не откликнуться и с наслаждением очертил языком круг по разбухшим от длительного секса складочкам, слизал сладкую смазку, с пульсацией вытекающую из разгорячённого лона, просунул язык вглубь вожделенной дырочки, имитируя движения члена и вызывая страстные стороны у Маши. Она восседала на моих плечах, держась за голову и издавая неприлично громкие «ахи». Почувствовал, как её лоно сокращается вокруг моего языка, вновь выталкивая вкусную смазку, а мой член синхронно подпрыгивает в такт её оргазму.

— Ах, я просто не могу больше, — попросила пощады жена, а я лишь вынул язык из её пещерки и припал к вожделенному бугорку губами, посасывая и даже покусывая клитор. Руками придерживал жену под ягодицы, а оба больших пальца синхронно вставлял в её всё ещё сокращающееся влагалище. Язык и губы ласкали клитор и сладкие нежные складочки, а большие пальцы дуэтом вбивались в её лоно, пока остальные удерживали Машу в равновесии. Любимая вновь задрожала от возбуждения и застонала, сдавливая мышцами влагалища мой язык и извергая сладкую смазку. Член подпрыгивал на каждое проникновение больших пальцев в лоно моей девочки и требовал впустить его обратно в нежные нижние губки.

— Да, Лёшенька, не мучай больше! Войди уже членом и кончим вместе, любимый!

Я аж оторвался от жены от столь нежного и желанного, но неожиданного в нашей ситуации обращения.

— Так всё-таки «любимый»? Машенька! — удовлетворил просьбу своей девочки: спустил её с плеч и вновь насадил на твёрдый горячий орган. Каждый сантиметр этого повторного вхождения казался в разы кайфовее предыдущего. Жена жёстко сжимала меня ещё сокращающимися после клиторального оргазма мышцами, плавно приподнимаясь и резко опускаясь на член. Страстно поцеловал Машу взасос и выдал ответное признание: — Я тоже люблю тебя, счастье моё! И всегда буду любить, как бы ты меня ни наказала, как бы ни прогоняла и как бы ни пыталась заглушить это чувство! Не трать силы, родная, давай я сам, ты же устала, — принялся приподнимать Машу, придерживая за талию обеими руками, сохраняя заданный ею ритм… — устала сражаться с рекой. Как вообще додумалась идти плавать ночью одна?! Я так испугался за тебя, — разозлился на любимую за безрассудство, которое чуть ли не стоило нам обоим жизни, и усилил жёсткие проникновения в её горячее пульсирующее лоно, — а если бы я тебя потерял, Машунь?