Книга Беглянка в Звездной Академии Астрея, страница 133 – Полина Ордо

— Лютер… — я попыталась возразить, но голос предательски дрогнул.

Едва дыша, просто смотрела Лютеру в глаза. А затем расслабилась и позволила рукам соскользнуть на матрас. Мгновение замешательства было коротким. Лютер раздевал меня так профессионально, что впору стало резонными вопросами задаваться.

— Какая же ты красивая, Ив!

Я покраснела, кажется, до макушки. Дерзкий, но такой нежный поцелуй можно было считать символом примирения. В нем была и ярость, и тоска, и ласка, чувства, которые недавно мы не осмеливались признать. Лютер напирал, а я отвечала ему с той же страстью. Вцепившись пальцами в его волосы, притягивала его ближе, пока мы просто не рухнули на койку.

Когда мы на секунду прервались, чтобы перевести дух, он прижал лоб к моему. Его дыхание было таким же прерывистым, как и мое.

— Ты сводишь меня с ума, — Лютер выдохнул мне на ухо. — Что ты делаешь со мной, Ив? Почему рядом с тобой мозги будто отключаются. То хочется тебя приласкать, то — наказать.

Его губы коснулись моего виска, жаркий поцелуй, от которого не только обиды таяли, но и я. Жмурилась, будто довольная кошка и держалась за Лютера, чувствуя напряжение в его теле.

— Так что же мне делать с тобой, Ив? Ласкать… — его голос звучал низко, оттеняя почти звенящую тишину. — Или наказывать? Или то и другое?

Очередной поцелуй вышел больше сладким, чем ошеломительным. Его губы сомкнулись на моих, требовательно, жадно, словно Лютер хотел доказать, что никакие слова больше не нужны, что все его чувства и так как на ладони. Я задыхалась от этого поцелуя, от того, как его язык вторгался в мой рот, будто подчиняя себе.

Мне хотелось большего. Я сама льнула к Лютеру всем телом, отогревалась, успокаивалась под его руками. Мужские пальцы скользнули по моему боку вверх. Тепло ладоней сильнее разжигало желание, от которого даже перед глазами все меркло. Я выгибалась навстречу, едва ли не моля о большем.

— Никаких “остыть”, Ив. Не сегодня… — Лютер прошептал мне в шею, обжигая дыханием кожу и едва прикусывая ее. Губы дарили следом успокаивающую ласку, от которой по всему телу прокатывалась дрожь. — Я слишком долго был… холодным. Хочу хотя бы рядом с тобой быть самим собой.

Сейчас мир сузился только до нас двоих, до жадных прерывистых поцелуев, до объятий, до приятной тяжести тела Лютера на мне, до сбивчивого и немного рваного ритма нашего дыхания.

Его губы скользнули ниже, оставляя влажный, пылающий след на ключице, а я со стоном запрокинула голову назад, чтобы застонать второй раз, но уже тихо от ощущения ладони Лютера на моей груди. Касался нежно, почти благоговейно.

— Лютер, прошу… — вновь взмолилась не узнала свой голос, он казался чужим и низким от желания.

Ответом было медленное, плавное движение пальца, описывающего томные круги вокруг уже набухшего соска. Каким же мучительным и невероятно сладким было это прикосновение. Я невольно свела бедра и со всхлипом выдохнула.

— Ты такая чувствительная, Ив. — его низкий, хриплый голос прозвучал прямо у моего уха, вынуждая жмуриться еще сильнее. — Отзывчивая на ласку.

Прохладный воздух каюты обжигал кожу. Я дрожала, чувствуя, что готова рухнуть в пропасть. Чуть приоткрыла глаза и, покусывая губы, поймала на себе взгляд, тяжелый и полный нескрываемого желания. Залилась стыдливым румянцем, но больше не жмурилась.