Книга Беглянка в Звездной Академии Астрея, страница 131 – Полина Ордо

— Ты не пил.

— Что? — Лютер сделал удивленное лицо.

— Ты не пил! Адриан и Натан — да, но не ты. Ну, может глоток сделал. Ты не пил, изображал, но не пил.

— Кто-то должен все контролировать.

Стиснула зубы и нахмурилась. Обвинять Лютера в чем-либо было бессмысленно. Как и упрекать. У меня же будто и выветрилось все. Лютер терпеливо ждал, пока я не начну говорить первой. Давал мне право не только первого слова, но и шанс выплеснуть все. На удивление злость уже улеглась, осталось сухое раздражение, горькое, жгущее, совсем как привкус того пойла на моих губах.

— Ты не собираешься мне ничего говорить, так? Объяснять тоже?

— Ив, я подписывал документы о неразглашении.

— Разве служба не позади?

— Без срока давности, — Лютер тяжко вздохнул и скрестил руки на груди, откидываясь на спинку стула. — Что еще?

— Тебе не капли не жаль меня, Лютер? За что ты так со мной?

Впервые мой голос дрогнул. Наверное, стоило привести какие-то весомые аргументы, но меня замкнуло на чувствах. Будь Лютер кем-то посторонним, все иначе воспринималась. Но ведь он тот мужчина, к которому у меня есть определенные чувства. Вернее, очень даже конкретные чувства!

— Что я сейчас должна испытывать, Лютер? Как относиться к тебе? Знаешь, у меня не так много людей, которым я могу доверять… Ты то вдохновляешь меня, то лишаешь веры. Веры в отца, в брата… В тебя. Что дальше?

— Ты же понимаешь все, Ив.

— Головой? Может быть, — жестко ответила и постаралась не кричать. Потерла переносицу, подбирая слова. Мне было до жути обидно. — Сколько можно меня швырять как слепого котенка? Ты чего добиваешься?

— Ив, это не моя тайна. Я и так уже сказал больше, чем должен был.

— И что же тебе за это будет? Последних регалий лишат? Званий? — поджала губы и нахмурилась. — Привилегий? Что ты потеряешь, Лютер? Я правда не понимаю… Когда речь идет…

— Тебя! Я потеряю тебя! — Лютер вспылил и вскочил на ноги. Вцепился в мои плечи и тряхнул так, что в ушах зазвенело. — Тебя я потеряю, понимаешь? Ив, я потеряю тебя! Навсегда! И Адриан потеряет, Натан. Я не только про смерть… — мужчина зажмурился и выругался, затем снова и снова. — Да как же тебе объяснить. Ты…

Тяжелый гортанный вздох пробрал до мурашек. Каждое слово давалось Лютеру с трудом.

— Не со мной ты должна об этом говорить. Не я должен все тебе объяснять, да и не смогу, потому что ничего не смыслю в этом! Для меня эта тайна… как набор слов. Просто выучил. Ничего более. Ив, просто потерпи. И не смей, слышишь, никогда не смей обвинять меня в том, что я тебя не люблю!

Я смотрела в темно-синие, почти черные глаза Лютера и видела там не только страх, но и боль. Впервые. Не было стального щита, не было ледяной корки. Передо мной стоял живой любящий человек. Мужчина, которому я не безразлична, и который, кажется, понемногу сходил с ума от навалившихся от него дилемм.

Опешив, молчала и старалась не расплакаться. Лютер же не отводил взгляд и загнанно дышал, будто воздуха ему не хватало.

Наверное, я должна была что-то сказать первой. Как-то… извиниться? Лютер легко приподнял меня и усадил на край стола, сам же уперся руками в него так, что мы почти носами стали соприкасаться.

— Ив, я говорю это первый и последний раз. Послушай меня, внимательно. Хорошо?

Испуганно кивнула.