Книга Одиночка: Одиночка. Горные тропы. Школа пластунов, страница 126 – Эльхан Аскеров

— А маменька твоя как же? – спросил Елисей.

— Так это она и посоветовала, – открыто улыбнулся Митя. – Понимаете, Елисей, как вам известно, с деньгами у нас негусто, а тут жалованье регулярное будет. Я тогда смогу половину маменьке передавать, а она на те деньги будет тут жить и лечиться.

«Блин горелый, и даже логика какая-то в этом бреду есть, – лихорадочно думал Елисей, не зная, как реагировать на услышанное. – Хотя, если его при местном штабе оставят, то может и выгореть. Главное, чтобы в крепость не отправили или еще в какую дыру».

— Ну что вы молчите, Елисей? – затеребил его Митя, перетаптываясь на месте от возбуждения.

— Да вот думаю, то ли обругать тебя за такие фантазии, а то ли самому в штаб отвести, – проворчал Елисей, почесывая в затылке.

— А еще маменька очень хотела о чем-то с вами поговорить, – вдруг вспомнил Митя. – Пойдемте?

— Куда? – снова затупил Елисей.

— Как куда? К нам, конечно, – всплеснул Митя руками.

— Так. Стоять, Казбек, – осадил его порывы парень. – Мне сначала нужно в казармы зайти, узнать кое-что. А потом уж посмотрим. Не ждал я тебя тут встретить.

— А, ну да, конечно, – смутился Митя, сообразив, что влез в чужие планы.

— За мной, – скомандовал Елисей и быстро зашагал в нужную сторону.

Спустя три четверти часа он уже знал все необходимое и поставил прапорщика в известность, что с караваном пойдет его телега с грузом, которую он потом готов продать гарнизону крепости. Как оказалось, телеги тут ценились. Особенно у военных. Местное население пользовалось в основном арбой, так что подобный транспорт в хорошем состоянии был в цене. Выяснив, что примерная дата отъезда назначена аж через неделю, Елисей только головой покачал.

— Интенданты, – негромко проворчал прапорщик, заметив его недоумение. – Им пока барашка в бумажке не сунешь, ничего не выкрутишь. А у нас денег под отчет. Уже промеж себя собирать начали, чтоб хоть что-то получить. Даже жалованье солдатам и то не полностью выплачивают.

— И сколько им надо? – мрачно поинтересовался Елисей.

— Сто рублей за продукты требуют, и от жалованья процент. А еще порох и свинец нужны. Про капсюли я и не вспоминаю, – угрюмо пожаловался прапорщик, которого такое положение вещей явно вывело из себя.

— А за огненный припас сколько хотят? – спросил парень, чувствуя, как кровь начинает бить в висках от ярости.

— Еще сотню.

— Ну, с жалованьем сами разбирайтесь, а двести рублей я завтра занесу, – помолчав, тихо пообещал Елисей. – Есть у меня, где занять. Только вы мне того интенданта покажите.

— Зачем? – насторожился прапорщик.

— В рожу эту продажную плюнуть хочу, – рыкнул парень и, не прощаясь, ушел.

Выйдя к воротам, где его терпеливо ждал Митя, Елисей тяжело вздохнул и, окинув студента мрачным взглядом, сказал:

— Вот теперь можно и маменьку твою навестить. Только сначала давай в лавку при пекарне зайдем.

— Зачем? – не понял Митя. – Дома все есть. Уж чаем маменька вас точно напоит.

— Ох, Митя, и чему тебя только в гимназиях учили, – вздохнул Елисей. – Ну не ходят в гости с пустыми руками. Не ходят. Тем более к даме.

— Хм, а вы точно из казаков? – смутившись, спросил студент.

— Ты больше тут так не шути, – негромко предупредил его парень. – Сразу нагайкой поперек спины огребешь. И на происхождение не посмотрят.