Книга Родовое гнездо, страница 123 – Эльхан Аскеров

— Жадничать меньше надобно, – презрительно фыркнул парень, махнув рукой. – Сами ничего толком решить не могут, так что то не моя печаль. Мне вон доброго воя устроить надобно.

— Тут Родомил сказывал, что сестрами Неждановыми казаки из его ватаги шибко интересуются, – лукаво улыбнулся Григорий.

— А коль так, пусть к брату сватов засылают, – пожал Беломир плечами. – С меня-то тут какой спрос?

— Не скажи, друже. Ты его привёл, ты его под свою руку взял, выходит, твоё слово последнее, – напомнил казак старое правило.

— Моё слово в бою. А как с сёстрами быть, только ему решать, – тут же ушёл парень в глухой отказ. – Там казаки хоть добрые, или так, название одно? – не сдержал он любопытства.

— Добрые казачки, – усмехнулся Григорий. – Надобно только старшим родичам малость головы подправить, чтобы поняли, что Неждан не хазарин, а наш, станичный.

— Сам управишься, или мне сход кричать? – деловито уточнил Беломир.

— Не надобно схода, – отмахнулся казак. – Сам после всем поведаю, что его батюшка принял. Разом уймутся.

— Добре. А кто не уймётся, так я могу и кулаком помочь, – хищно усмехнулся парень.

— Да ты сдурел, друже? – возмутился Григорий. – Было б с чего яриться. Да опосля того, как ты войско княжье побил, супротив тебя никто не посмеет и слова молвить. А слухи я и сам уйму.

— Погоди, я ж его не один побил, – растерялся Беломир от такого захода. – Со мной войско казачье было.

— То так. Да только это ты придумал, как то войско побить. Да ты не журись. С того дня, как ватажные тебя атаманом крикнули, твоё слово в станице первое. За то и сам Родомил всем сказывал. Благодарен он тебе.

— С чего бы? – не понял парень.

— А с того, что когда с торга ехали, не стал сам всем заправлять, а его просил. Он в станице нашей ватажный, и потому казаки видели, как ты ему велел, а уж он остальным. Выходит, ты его ватажным сам признаёшь, – принялся пояснять Григорий.

— Ну, так, оно вроде и правильно. Он задолго до меня ватажным был. К тому же я в общем войске атаманом, а тут станичники караваном шли, – растерянно пожал Беломир плечами, мысленно пытаясь разобраться во всех местных хитросплетениях властей.

— Всё одно, добре всё сделал, друже. Родомил казак добрый. За станичников завсегда думу имеет. А ты ему уважение своё показал, других не прячась.

— Потому и показал, что он про казаков помнит, – поспешил согласиться Беломир, чтобы свернуть щекотливую тему.

* * *

Жизнь постепенно стала входить в обычную колею. Беломир снова начал днями пропадать в кузне, реализуя очередную свою идею. На этот раз он решил сделать сразу десяток ружей, которыми будут вооружены казаки, которые войдут в его личный десяток. Вестники, ординарцы и просто охрана. Постепенно до парня начало доходить, что теперь без такой свиты ему на поле боя делать нечего.

Как ни крути, а быть атаманом всего казачьего воинства, это уже серьёзный статус, и в этом случае тупо шашкой махать не по чину. Его дело как следует думать и командовать так, чтобы любому агрессору не поздоровилось. Характерники подводили парня к этой мысли старательно, то и дело напоминая, что его решение главное. В общем, забот и проблем хватало, но Беломиру это даже нравилось. Не оставалось времени на пустые страдания и рефлексию.

Только иногда, наткнувшись взглядом на Дамиру, он вспоминал сказанное пращуром, и в сердце появлялась тоскливая, ледяная игла. В такие минуты он был с подругой особенно ласков. При этом стараясь делать это так, чтобы Радмила не видела. Впрочем, девушке теперь было не до таких мелочей. Будучи глубоко беременной, она сосредоточилась на ребёнке, при этом стараясь не отставать от старшей подруги в домашних делах.