Книга Родовое гнездо, страница 120 – Эльхан Аскеров

— Ничего не обещал. Лаской дарит да гостинцы возит всем поровну. А мы и сами не дуры, чтобы своего витязя зазря ярить. Он же вспыхнет, никакое умение не спасёт. Сам знаешь, голыми руками любого зашибить может, – пожала Дамира плечами.

— Так то только с того, что боитесь? – не унимался Григорий.

— То с того, что любим его, – вдруг заявила Радмила, разом оборвав этот опасный спор.

— Ну и слава роду, – быстренько выкрутился Гриша, сообразив, что разговор свернул куда-то не туда.

* * *

На капище они отправились все вместе. Неждан с сёстрами, Беломир с подругами и сыном, и Григорий со своей Звёздочкой. Почему именно в таком составе, никто из них и сам не смог бы ответить. Просто собрались и пошли. Уже перед идолом женщины своей стайкой отошли в сторону и тихо пристроились неподалёку от костра, а мужчины, раздевшись до пояса, как того требовал ритуал, дружно уставились на вышедшего из-за камня жреца.

Покрытый медвежьей шкурой старик поднёс каждому корчагу с питьем, и казаки расселись прямо на земле, наблюдая за тем, как Неждан выполнял все отданные ему команды. Но когда парень обсидиановым ножом порезал себе ладонь и принёс пращуру жертву, а костёр ярко вспыхнул, все собравшиеся в один голос взревели:

— Любо!

— Он принял жертву! – громко объявил жрец, указывая Неждану место в ряду остальных бойцов.

Убедившись, что с парнем всё будет нормально, Беломир сосредоточился на пламени костра и тут же услышал давно знакомый голос:

— Благодарствуй, паря. Не ждал, что ты так ловко новика приветишь.

— Матери его поклон. И имя наше дала, и обучила, что род забывать не след, – нашёлся Беломир, которому эта похвала была приятна.

— То само по себе. А приметил его ты. Добре всё сделал. Благодарствуй.

— Не на чем, батюшка. Тебе поклон мой, за помощь в делах и удачу всякую.

— Летать-то учишься?

— Учусь. Как ты сказывал. Да ты и сам про то ведаешь, – усмехнулся парень, вовремя сообразив, что все его тренировки и вообще любая попытка улететь духом куда-то по делу контролируется пращуром.

— Умён, – тихо рассмеялся голос. – Сына-то учить тому станешь?

— Так он вроде тоже Кречет. Выходит, не минет его чаша сия, – усмехнулся Беломир, вспомнив подходящее случаю высказывание.

— Верно. Кречет.

— Батюшка. А как вышло, что старой крови в нём ещё более, чем у меня? Ведь у Дамиры её и вовсе не видать.

— Верно ты баял. Отец её старой крови был. Чистой. Да только Мать ихняя решила укрыть её ото всех. Дамира твоя добрым воем была. Как-никак воевода. Глупая баба. Не вмешайся она, сейчас бы и Дамира с полдюжины крепких девок имела и у меня б пара добрых воев было. Она б мальчишек отцам отдала. А теперь и сама сгинула, и другим помешала, – в голосе прозвучала обида и серьёзная досада.

— Так, может, не поздно ещё? – осторожно уточнил Беломир. – Дамира баба крепкая, сильная. Сможет ещё сыновей родить.

— Не получится, – помолчав, устало вздохнул пращур. – Она с Матерью своей крепко повязана. Хоть и приходит сюда, мне поклониться, а всё одно к ней обращается. Да только не слышит она. Совсем. Кончилось её время.

— Батюшка, выходит, и Дамиры скоро не станет? – вскинулся Беломир, сопоставив некоторые высказывания пращура.

— Говорю же, умён, – вздохнул голос.

— Да как же так-то? У неё ж ещё сынок маленький, – растерянно забормотал парень, лихорадочно ища выход из положения.