Книга Кречет: Случайный шаг. Первый очаг. Нежданная кровь, страница 264 – Эльхан Аскеров

— Да я только рад, что сложилось так, – усмехнулся Беломир. – Ты прости, дядька, что опять тебя заставил со старшинами спорить, – на всякий случай повинился он.

— Пустое, – отмахнулся казак. – Тот дурень сам виноват. Думать надобно, на кого пасть открываешь. Да и казаки ему уж не раз сказывали, что лаяться впусте – можно и беды нажить.

«Ага, выходит, мужик этот уже не на меня одного гавкать вздумал. Значит, обойдётся», – подумал Беломир, кивая на слова казака.

— А твои-то кони где? – снова сменил он тему.

— Так к себе на подворье свёл, – усмехнулся Григорий. – Скучно девкам, вот они и решили сами коней обиходить. Едва не взашей меня со двора вытолкали, – добавил он, тихо посмеиваясь.

— Ну, тогда пошли отдыхать, да чай пить, – улыбнулся Беломир в ответ, заканчивая вычищать коней.

* * *

Спустя ещё три недели после описанных событий разъезды снова стали приносить весть, что татары из предгорий уходят. Сплюнув и почесав в затылке, Григорий испустил страдальческий вздох и, отозвав Беломира в сторону, тихо поведал:

— Придётся мне сызнова побегать. Как оно будет, ты уж знаешь.

— Когда пойдёшь? – кивнув, уточнил парень.

— Завтра, как стемнеет, – прикинув что-то, задумчиво отозвался казак.

— Думаешь, ушли они от аула княжеского? – чуть подумав, поинтересовался Беломир.

— Вот и гляну, – хмыкнул Григорий. – Всё одно сразу князь из дому не выйдет. Раз уж письмо моё получил, ждать станет, чтобы в засаду не угодить.

— А он его получил? – скептически буркнул парень.

— Уж поверь, – хищно усмехнулся казак. – Я то письмо ему только что в постель не сунул.

— Думаешь, поверил? – не отступался Беломир.

— Про то, что мы знакомы, только мы с ним да ещё с полдюжины человек знает.

— Ну, тогда, может, и поверит, – подумав, кивнул парень. – На сколь дён уйдёшь?

— В седмицу управлюсь, – подумав, решительно заявил Григорий. – А чего?

— Не хочу каждую ночь к околице ходить. И без того на меня казаки косятся, словно я чего дурного удумал.

— Побаивается тебя народ, – растерянно протянул казак.

— С чего бы? Иль я кому чего дурного сделал? – растерялся парень.

— Понять они тебя не могут, – помолчав, принялся пояснять Григорий, смущённо оглаживая бородку. – Выучка у тебя такая, что любому позавидовать впору. К тому же знаешь много всего всякого. Придумки твои вон что ни день народ удивляют. Векша-то что ни раз, про тебя поминает. И то сказать, ты ему столько новинок всяких показал. Добрый коваль за знания такие прибьёт и не задумается.

— Не так и много я ему показал, – пожал Беломир плечами.

— Ой ли? – хитро прищурился казак. – А булата секрет ему кто поведал?

— А толку с того секрета? – фыркнул парень. – Две шашки всего отковали да несколько кинжалов. Дорого это и трудно. Казаки такое оружие покупать не могут.

— Не скажи, друже. Вот закончится эта замятня, и приду к вам поклониться, чтобы вы мне всё оружие булатным сделали, – неожиданно пообещал казак.

— А чего ж раньше-то, дядька?! – вскинулся Беломир.

— Не до того было, – отмахнулся Григорий. – А тут глянул, как ты тому хазарину одним ударом руку смахнул, и решил, точно себе такое куплю.

— За горюч-камень да сталь с железом заплатишь, и ладно, – чуть подумав, ответил Беломир. – Векшу сам уговорю помочь.

— Погодь. Не дело это, – вдруг упёрся казак. – Труд ваш и без того непрост, а ты ещё и задарма работать решил. К тому же у коваля твоего семья имеется. Нет, друже. Не пойдёт так. Да ты не журись, есть у меня казна. Оплачу всё, хошь серебром, хошь золотом. Успел собрать. Тратить-то особо и некуда, – грустно усмехнулся он.