Книга Кодекс Охотника #39, страница 29 – Юрий Винокуров, Олег Сапфир

Так что сейчас мы охотились. Прямо как в старые добрые времена, выбрав радужный Разлом, который костью в горле стоял у наших Истребителей. Гигантских жуков было чрезвычайно сложно расковырять. Об них ломались мечи и копья, а магия на них действовала как-то выборочно. Поэтому он находился в категории проблемных.

А я ведь люблю проблемы. Ещё больше я люблю их устраивать. Но и решать тоже иногда приходится. Проблемы — это весело. И прямо сейчас мы веселились на полную.

Мы с Карой шли позади дюжины её молодых детей настороже, но не вмешивались в битву. Мы наблюдали с умилением и где-то с восхищением, как ловко молодые пантеры расправляются с противником. Если бы мы были одного вида, то нас можно было со стороны принять за любящих отца и мать. Но, учитывая, что я всё-таки человек, а она пантера, то, наверное, после того, сколько я сил, энергии вложил в этих детишек, меня по праву можно было назвать крёстным отцом. Да, наверное, так будет правильно.

Мои крестнички тоже веселились, безжалостно выжигая мозги у тварей, что пёрли слева, справа, сверху и снизу. Хотя в какой-то момент даже эти тупые сволочи поняли, что что-то идёт не так, и кошкам пришлось буквально выколупывать их из тех щелей, куда те залезли.

Моих добытчиков, которые сейчас курят снаружи, ждёт хороший улов. Из этих панцирей получится отличная броня. Как на Одарённых людей, которые смогут выдержать их вес, также и на технику, что сделает её практически неуязвимой для любых атак врага.

В общем, всё было хорошо, кроме одного «но» — враги заканчивались. Это я видел через Шнырьку. Да и сам чувствовал сигнатуры живых существ, которых осталось в этих пещерах не так много. А это значило, что охота подходит к концу. Последняя охота, после которой мы будем прощаться.

Последний особо жирный жук сопротивлялся чуть дольше. Но шансов у него не было. Большие котята играли с ним, как с игрушкой, что подарил им хозяин. Когда умирающий жук собрался испустить последний дух, молодой самец призывно мяукнул, призывая мать. Кара неспешно подошла и, пробив толстую броню головы, как простую бумагу, прикончила последнее чудовище.

После чего по воздуху пробежала живительная сила энергии закрывшегося Разлома. Я с улыбкой забрал свою часть, подумав, что давно не чувствовал ничего похожего. Когда убиваешь богов, энергия совсем другая на вкус. Когда убиваешь тварей, это тоже непохоже. Но в зависимости от твари, ты испытываешь разные ощущения. Здесь же в Разломе это было похоже или на тёплый душ, или на прохладный ветер. Приятное ощущение, по которому я скучал.

— Что ж, — с улыбкой я увидел, как гордая пантера, только что без проблем уничтожившая огромную, неуязвимую тварь, медленно подошла ко мне и с мурчанием потёрлась мне об ногу.

Я провёл рукой ей по голове, совсем как раньше, когда мы лежали на старом диване в съёмной квартире. Тогда я изучал на планшете локации, выискивая цели для нашей новой охоты, а Кара лежала рядом, положив голову мне на колени. Нам было уютно и хорошо в прошлом. Но жизнь продолжается и всё хорошее когда-нибудь заканчивается.

— Надеюсь, когда я вернусь, Аня перестанет плакать, — хмыкнул я, глядя на Карамельку.

«Анна — умная самка. Большую часть времени она сдерживает эмоции ради рода и тебя лично. Так что, если она хочет поплакать, то пусть поплачет», — невозмутимо пришёл мне мыслеобраз от большой кошки.