Книга Кодекс Охотника # 43, страница 86 – Юрий Винокуров, Олег Сапфир

Мы с Феликсом нихрена не друзья, на самом деле, но и врагами нас, с другой стороны, тоже сложно назвать. Он вообще по жизни одиночка, который не стремится ни к каким союзам или отношениям. Так, несколько раз пообщались, и это тоже было достаточно сухо, поэтому я немного переживал за эту ситуацию.

Ведь Феликс явно заинтересуется, откуда я узнал секретный протокол или место проведения их сражения, которое, насколько я помню, по его мнению было тайной.

Чтобы понять всю уникальность Феликса, это сражение длится уже, наверное… А я даже не знаю сколько. Когда он начал его, никому не рассказал, и позже тоже ничего не сообщал. Да и сейчас ничего не поменялось. Просто сидит человек и сдерживает механического Пастыря хренову тучу лет. Ни у кого ничего не просит, никому ничего не предъявляет, просто тратит свои ресурсы, потому что ему так захотелось.

Так сказать, сражение железяк.

— Сандр, у меня очень нехорошие предчувствия. Это всё пространство было создано для того, чтобы согревать Горгулью, но сейчас её нет. Как бы оно не схлопнулось или не случилось чего похуже.

Я прекрасно, опять же, понимаю Тёмную, которая это мне сообщает. Однако я хожу как болванчик, разглядываю всякое, рассматриваю. А всё почему? Потому что, наверное, я плохой человек, но хороший Охотник.

Сейчас, можно сказать, я своих друзей привёл на охоту. А раз так, то всё нужно сделать по правилам. Не проблема уничтожить старую, дряхлую особь, которая уже по факту, наверное, отжила своё, и без разницы, какого она вида. Куда сложнее разобраться с её выводками, которые молоды, сильны и имеют ее память, опыт и навыки, способные просто тысячелетиями перевариваться, обрабатываться и постоянно улучшаться. В этом и заключалась главная загвоздка.

Сейчас мы здесь находимся по той причине, что я знаю дальнейшие события, которые произойдут. Я видел подобную Горгулью, только немного другого вида, и знаю, как это всё работает благодаря Викториану. Весь выводок Горгульи, который она когда-либо создавала, имеет с ней связь. В нашем же случае — имел, и эта связь сейчас пропала. Я сейчас про тех, кто не был рожден в этом мире, а кто УЖЕ живет в Многомерной.

А значит… что? Правильно. Они сейчас вернутся все сюда. И вот этот моментик я своим друзьям и не рассказываю.

Почему? Ну, потому что они опять назовут меня больным, а возможно, и ударят. А кто любит, чтобы его били? Правильно. Никто.

Вот потому просто тянем время.

— Сандр, — вдруг протягивает Тёмная и, видя, что я не реагирую, начинает, глядя куда-то в сторону, бить меня по плечу. — А ты не хочешь начать убегать отсюда?

Задает она мне такой простой вопрос, на который я знаю ответ, но ей не скажу.

— Подожди! Я почти разобрался.

Делаю вид, что разбираюсь в каком-то костяном непонятном артефакте, торчащем из земли. И тут я, конечно, честен. Я и правда не знаю, что этот артефакт должен делать. Но местами они были разбросаны, словно какие-то средства связи Горгульи и Скульптора, работающие на разных частотах.

— Ну всё, приплыли, — только и вздыхает Дорничев.

Затем он поворачивается ко мне.

— Скажи, ты знал об этом?

Вот тут уже можно все карты, в принципе, сбросить.

— Естественно, друг мой, — улыбаюсь ему. — Но таков путь и таков выбор всех Охотников — сражаться с такими вот тварями.