Книга Плач феникса, страница 177 – Дмитрий Шебалин

— Не считая тебя, в Триеме сейчас 8 мастеров. С Шадом и Ульдагом будет ровно десять. Ещё около 30 магов ступенью ниже.

— Не достигшие слияния одарённые не помогут нам в битве с Отрёкшимся, но станут нашим щитом против колдунов ковена.

— А что насчёт других слуг Троих? Если враг уже в Павелене, то нужно отозвать их из храмов.

— Они не успеют прибыть в Трием. Не переживай, в нужный момент вся сила Троих станет доступна мне. Поэтому нет смысла растрачивать её по частям.

— Когда, по-твоему, Отрёкшийся заявится во дворец?

— Не сегодня и не завтра. Он не всесилен и знает, что проиграет, приди сюда один. Поэтому ему нужна армия.

— Но где он её возьмёт? — Император вновь бросил взгляд на карту.

— Всё там же, под Корпугаром. Он вот-вот вмешается в ход сражения и обернёт его в свою пользу. Ты же сам почувствовал это. Узор изменился.

— Ну так пусть Трое тоже вмешаются! Когда, если не сейчас⁈ Там 50 тысяч наших солдат, помоги им!

— Он только этого и ждёт, — отрезал Фебран. — Его не интересует война. Он жаждет пробраться в запечатанный храм. Отправься я туда один, и тоже потерплю поражение. А затем он пожалует сюда и уничтожит вас.

— Если война доберётся до Триема…

— Город — это не только здания, которые несложно отстроить заново. Прикажи простым людям покинуть столицу. Готовь улицы к обороне. Призови под свои знамёна всех, кто может сражаться.

— В центральной провинции мы вряд ли соберём хотя бы 12 тысяч воинов. Ещё 2 тысячи бойцов Дола должны быть в районе Причала. Так что, даже если войско Бродрика успеет прийти на помощь…

— Оно не успеет, — оборвал на полуслове Фебран. — Бой у Корпугара случится уже этой ночью. А путь от проклятого города ближе, чем по заснеженному тракту от Фельса. Пешие войска грешцев прибудут слишком поздно. Всё, на что ты можешь рассчитывать — это сотня конных витязей и их маги, которые двигаются вместе с этим войском. Я помогу тебе послать им весть. Как и рыцарям командора Креста, ведущим бои на Нагоских холмах. Их лошади быстры и выносливы. Если этот закатник не станет мешкать, то тоже поспеет вовремя.

— И всё равно, этого слишком мало, — покачал головой Император.

— Даже с появлением Отрёкшегося бой у Залива не будет простым. Его войско будет истощено, на пятки ему будут наступать отряды твоих союзников, а к столице Империи двинутся легионеры и гвардейцы, охраняющие сейчас её границы. Поэтому враг не станет медлить и разом бросит все свои силы на штурм дворца. Армия, собранная ковеном, уже разваливается на куски. И всё, что будет удерживать её вместе — это страх перед явлением Повелителя. Поверь, со смертью Отрёкшегося война закончится в тот же миг.

Император верил. А ещё он знал, что вместе с ней отпадёт надобность во всех тех, кто обеспечивал эту победу. Там, где закончится одно противостояние, начнётся другое. И ему остро был нужен союзник, ну или хотя бы плохо прогнозируемый фактор, способный спутать карты не только Императору или Фебрану, но даже Троим.

Правитель Империи ещё раз посмотрел на разложенную на столе карту, мысленно начертив путь от Корпугара до Триема. После чего ненадолго прикрыл глаза, прислушиваясь к звону натянутых до предела вероятностных нитей. Он старался не трогать своим вниманием ничего лишнего, концентрируясь лишь на одном конкретном человеке. А когда открыл глаза вновь, взгляд его устремился совсем к другому концу карты. Туда, где размытыми и нечёткими штрихами был обозначен изрезанный фьордами и плохо изученный берег Стылого моря.